— Что ты должен был сделать?

— Поехать в указанные места. В определенный день и час. Там, где меня увидят разные люди. Вот и все.

— Он использовал тебя как козла отпущения. Когда он понял, что за ним охотится полиция, он решил подставить тебя.

— Да. А потом у меня были и другие неприятности. В большинстве случаев это была только моя вина. Но все началось с него.

— Сожалею.

— Не стоит. Это не твоя вина. Скажи, как мы выберемся отсюда, если не будем использовать ключ?

— У меня есть идея. Но сначала нужно отвлечь охрану.

Ричер выбил квадратное стекло пожарного извещателя локтем и нажал кнопку за ним. Мгновенно раздался вой сирен. Загорелись красные огни. Ричер пошел к Беговичу, который стоял у окна и наблюдал за двориками. Из двух зданий начали выходить заключенные. Мужчины выглядели неуверенными. Осторожными. Человеческий поток постепенно набирал скорость. Он стал более шумным. Дворы начали заполняться. Заключенные сталкивались друг с другом. На башнях появились охранники. У одного из них было не только оружие, но и мегафон. Он начал отдавать приказы. Но его слова были приглушенными, непонятными. Что бы он ни говорил, заключенные не обращали на него внимания.

Ричер обратился к Беговичу:

— Почему из этого здания никто не выходит?

— Не знаю, — пожал плечами Бегович.

— Оно вообще используется?

— Думаю, да. Или, по крайней мере, оно использовалось до того, как меня отправили в карцер. В столовой я встречал людей оттуда. Сомневаюсь, что его закрыли. Зачем им это делать? Где их всех разместят?

Ричер задумался о своем разговоре с Морисом, журналистом, которого он встретил у дома Хикса. О наркотиках. Теория Мориса гласила, что «Минерва» производит наркотики. Ричер отверг ее, так как уже узнал о торговле человеческими органами. Но теперь он задумался. Что, если ситуация не была или-или… если люди из «Минервы» достаточно жадные, чтобы заниматься всем подряд?

— Меня интересуют заключенные этого здания, — сказал Ричер. — Вы помните о них что-то особенное?

— Да, можно и так сказать. Они довольно замкнуты, общаются в основном друг с другом. Они не разговаривают с другими. И они выглядят лучше в отношениях с надзирателями.

Ричер пошел по бетонной лестнице, а затем прошел по лабиринту коридоров. Путем проб и ошибок. Три раза они с Беговичем доходили до дверей, которые не открывались. Пожарная сигнализация создала более широкую зону доступа между отдельными блоками и дворами, но она не охватывала периферию тюрьмы. Кроме того, Ричер не смог определить ее границы. Они с Беговичем вынуждены были сновать взад и вперед, иногда возвращаться, потому что их путь был заблокирован, иногда обходя различные препятствия. Ричер ожидал, что чуть ли не за каждой дверью столкнутся с надзирателем. На каждом повороте. Но в этом отношении его маленькая диверсия сделала свое дело. Все внимание было приковано к дворам. У надзирателей не было времени, чтобы починить мониторы. После пяти долгих минут, пока они шли зигзагами, как двое пьяниц, Ричер и Бегович достигли входа в третье здание.