Внешние ворота не двигались.

Ричер опустил взгляд. На полу были стельки. Перед обоими сиденьями. Они были изготовлены из плотной прочной резины. Они предназначались для защиты пола кабины от обуви, промокшей от проливных дождей в Миссисипи. Они были достаточно толстыми, чтобы защитить человека от электрического тока. Возможно. Был только один способ узнать. Ричер начал поднимать ногу. Затем остановился. И снова на мгновение замер.

Потому что внешние ворота затряслись и медленно отъехали в сторону.

Как только они удалились на безопасное расстояние от тюрьмы, Бегович пересел в кабину, но не сказал ни слова на протяжении всего пути к дому Бруно Хикса. Он неподвижно сидел, откинувшись на сиденье, только глаза непрерывно стреляли то влево, то вправо. Ричер тоже молчал. Он предпочитал сообщить Беговичу, что в доме его ждет сын, только когда они подъедут к дому. Он не хотел давать ему возможность слишком много размышлять над этой новостью. Он не хотел выводить его из равновесия. Но и вести разговоры на незначительные темы, когда умалчивалась такая важная информация, Ричер тоже не хотел. Чем дальше они ехали, тем больше он сомневался в правильности этого решения. Но потом вдруг почувствовал удовлетворение от того, что не сказал Беговичу о сыне.

Перед домом Хикса были припаркованы два фургона. Один из них был белым, с номерами Иллинойса. Он выглядел потрепанным. Было видно, что он часто используется. Другой был черный. С номерами Миссисипи. Новый. Блестящий. В отличной форме. От лобового стекла до заднего бампера. Но передний бампер и капот были помяты. Похоже, кто-то использовал его, чтобы выбить ворота в поместье Хикса. Обе створки ворот разлетелись более чем на метр по сторонам.

Ричер остановился за белым фургоном и приказал Беговичу оставаться в машине, даже если услышит шум из дома.

Затем он вышел с пистолетом в руке и проверил кабины и грузовые отсеки других фургонов. В них никого не было. Ричер пошел мимо Фольксвагена и поднялся по ступенькам. Входная дверь была открыта. Ричер заглянул в вестибюль, но никого не увидел. Ничего не услышал. Он тихонько вошел и пошел налево, на кухню. Туда, где он оставил Хикса, Брокмана и Карпентера крепко связанными, полностью обездвиженными.

Кухня была пуста.

Ричер было наплевать на людей из «Минервы». Он беспокоился о Ханне и Джеде. И тут было две возможности. Либо люди, приехавшие на микроавтобусах, имели третий автомобиль, в котором и увезли всех из дома. Или все, включая новоприбывших, все еще были здесь, в доме или где-то на территории поместья.