Мужчина покачал головой и отступил.

— Подожди! Тебе не нужно моргать фарами. Тебе не нужно ничего делать. Ты просто приближаешься к внешнему забору. Сотруднику в будке приказано пропустить этот фургон в любое время, не записывая его в дневник, не обыскивая его. Не волнуйся. Вы не останетесь взаперти надолго.

Взаперти надолго. Два слова, которые не понравились Ричеру. Учитывая, что они относились к нему.

Ричер не стал заставлять охранника садиться в фургон. Потому что он не знал Беговича достаточно хорошо. Он не мог предсказать, как он отреагирует в стрессовой ситуации. Если бы он засуетился или запаниковал, опасность того, что охранник попытается забрать у него пистолет, была бы довольно большой. Или он мог создать ненужный шум. Или подать сигнал сотруднику в будке. Бегович мог быть ранен случайно. Или преднамеренно. Поэтому Ричер выбрал другой подход. Он ударил охранника, который потерял сознание, затолкал тело на нижнюю полку в углу комнаты и и сложил перед ним кучу скомканных оранжевых комбинезонов.

Двигатель фургона завелся при первом повороте ключа. Дверь открылась при первом нажатии на пульт. Обе створки ворот во внутреннем заборе открылись в тот момент, когда фургон приблизился. И они закрылись через секунду после того, как он проехал. Но больше ничего не произошло. Внешние ворота не сдвинулись с места. Они остались совершенно неподвижными. Как будто были приварены. Как будто это был обычный участок забора. Забора, по которому течет электричество. Он была слева от Ричера. И справа. И сзади, и спереди. Пути вперед не было. Пути назад не было. Им некуда было идти, даже если бы они бросили фургон.

Внешние ворота не двигались.

Ричер посмотрел на будку, но не смог увидеть, что происходит внутри. Стекло было зеркальным. Может, никого не было. Возможно, правила в случае пожара требовали, чтобы надзиратель подключился к эвакуации тюрьмы. А может, охранник был на своем посту и ждал какого-то сигнала. Что-то, о чем Ричер не подозревал. Что-то, что должно было определить, поднимать тревогу или нет. Подкрепление прибудет сзади, предположил Ричер. Со склада. Охранники будут тяжело вооружены. Он посмотрел в зеркало заднего вида. Рольставни были закрыты. Пока.

Внешние ворота не двигались.

Нога Ричера была на тормозе. Он не решался переместить его на соседнюю педаль газа. Но не было смысла пытаться таранить ворота, которые были слишком массивными, и могли остановить гораздо более тяжелое транспортное средство. И даже транспортное средство, которое приближается на скорости, а не только-только трогается с места. Ричер в этом не сомневался. Но он предположил, что он может хотя бы повредить их, и часть металла фургона соприкоснется с сеткой или рамой. Затем Ричер мог открыть заднюю дверь фургона. Грузовой отсек был оборудован стеллажами. Ричер видел их, пока Бегович сидел сзади. Он мог вытащить один или два. Использовать их, чтобы соединить заднюю часть фургона с внутренним забором. И, возможно, вызвать короткое замыкание. Может быть, он отключит питание достаточно надолго, чтобы перепрыгнуть через забор. Если он найдет что-нибудь, что поможет ему преодолеть колючую проволоку наверху.