Дэмпси не медлил. Он догнал Гранта и схватил его за шкирку, прежде чем тот смог бежать:
– Я хочу знать все об Эймоне Макгейле. – В голосе Дэмпси не было и намека на компромисс. – И я хочу знать, что ты сказал Майклу Дэвлину.
– Я, я не знаю, о чем вы. – Ноги Гранта подкосились. – Я не знаю никакого Майкла Дэвлина.
– Не ври мне! Что ты ему сказал?
– ЛАДНО! ЛАДНО! – Грант больше не оказывал сопротивления. Сегодняшняя ночь уничтожила всю его решимость. – Я рассказал им все.
Дэмпси придвинулся ближе, чтобы Грант мог чувствовать тепло его дыхания:
– Тогда хорошо, что ты вспомнил эту историю, потому что теперь ты расскажешь ее мне.
Шестьдесят три
Шестьдесят три
Стэнтон нажал красную кнопку сброса. Линия оборвалась.
Он положил телефон на стол и откинулся в кресле. Затем он начал рассеянно постукивать пальцами, обдумывая свежее развитие событий.
То, что Стэнтон до сих пор сидел за рабочим столом, доказывало, насколько сильно все вышло из-под контроля. Самая тщательно спланированная операция в его жизни обернулась фиаско.
Мысль о том, как гладко все
Макгейл исполнил свою роль в совершенстве. И даже лучше. А ложные угрозы ИРА в адрес президента Говарда Томпсона сделали именно то, на что Стэнтон рассчитывал. Все внимание было отдано бывшему лидеру вместо сэра Нила Матьюсона – человека, который на самом деле умер. Внимание, которое только усилилось из-за того, что Макгейл, стреляя в Матьюсона, ранил и Томпсона. Это была удача, на которую Стэнтон не мог надеяться.
Джошуа тоже успешно выполнил первое из своих заданий. Своим выстрелом он расчистил путь для Макгейла. Но теперь, оглядываясь назад, Стэнтон понимал, что эта победа была их последним настоящим успехом.
Все ошибки с этого момента корнями уходят к Джо Дэмпси и, следовательно, к просчету Стэнтона. Стэнтон понимал, что присутствие Дэмпси на Трафальгарской площади может оказаться проблематичным. Это была отдаленная возможность, но тем не менее. Стэнтон решил этот вопрос тем, что ничего не сказал Джошуа. В противном случае стало бы понятно, что Стэнтон знает о настоящей личности Джошуа. Это была ценная информация, которую можно было бы использовать позже, в случае необходимости. Что Стэнтон и сделал. Это и само по себе было потенциальным отвлечением, столь же большим – и даже больше, чем внезапное появление Джо Дэмпси. И поэтому Стэнтон решил ничего не говорить Джошуа. Он понадеялся на шанс, что Джошуа не заметит Дэмпси, стоявшего с противоположной стороны площади от Макгейла, в многотысячной толпе. Это решение было его первой ошибкой.