Решение было принято.

Лиам вышел из комнаты. Потерявшие дар речи Майкл, Сара и Энн – остались.

Тишина длилась недолго.

– Как, черт возьми, ты можешь позволить ему это сделать, Майки? – Гнев Энн был теперь сосредоточен на Майкле.

– Я не хотел, чтобы это произошло, Энн. Я даже не знал, кто такой этот Роберт Маллен, не говоря уже о том, что он был замешан в этом. А узнав, я умолял Лиама отступить. Оставить это дело мне. Но он не слушал.

– Лиам никогда, черт возьми, не слушает, но ты изначально не должен был ставить его в такое положение. Ты знал, что он пойдет на риск, чтобы тебе помочь.

– Я даже не был уверен, что он заговорит со мной, Энн, не то что защитит меня. Господи, ты же видела, как он отреагировал, когда мы пришли сегодня утром. Будто хотел убить меня. Откуда я мог знать, что он будет готов начать войну за меня?

– Конечно, он, черт возьми, готов начать войну, идиот! – Все разочарования Энн излились в ее ответе, на гневном лице блестели слезы. – Он отсидел семь лет в Мэйзе[26] из-за человека, которого убил ты. Думаешь, он мог потерять эту преданность? Эту потребность защищать тебя? Твой брат может хорохориться и осаниться сколько угодно, Майки, но он любит тебя, как никого в жизни. Он следил за всем, что ты делал. Покупал английские газеты, чтобы читать о ваших процессах. Все, что мы когда-либо слышали от него и от вашего отца: какой молодец Майки, как он успешно обосновался в Англии и обставляет их на их же поле. Ради Христа, он, конечно, ругался, что ты не вернулся, но он никогда не переставал тебя любить. И теперь это, вероятно, убьет его.

Майкл не ответил. Он, кажется, не знал как.

Энн видела боль в его глазах от своих слов. Слов, которые раздавили его. Это в ее намерения не входило. Не то чтобы у нее было какое-то намерение: она просто выплескивала свой гнев. Теперь же Энн хотела бы взять свои слова назад:

– Майки, я…

– Я не имею права приводить беду в твой дом, – оборвал ее извинения Майкл. – Я не могу остановить Лиама, пока нахожусь здесь. Но, возможно, удастся, если меня здесь не будет? Может, если мы уйдем сейчас, он не будет чувствовать, что должен это сделать?

– Это совсем не в духе твоего брата, и ты это знаешь, Майки. – Голос Энн был мягче. Ее гнев почти исчез. – Если вы сбежите, Лиам не сможет думать ни о чем, кроме того, что будет, когда вас поймают. Он пойдет на этот риск, независимо от того, будете вы тут или нет. А значит, у него нет выбора, по крайней мере с его точки зрения. Лиам должен схватить Маллена. Какими бы ни были последствия.