– Ротенхайм – это маленький город, – пробормотала Линда. – Не бедный, конечно, но и не с нефтяной скважиной под боком. Прежнему ректору было ясно, что можно доить университет, и прежде всего богатых родителей иностранных студентов, как стадо дойных коров, и все ему помогали в этом.

Йона пару секунд обдумывал то, что он только что услышал.

– Я предполагаю, Коля каким-то образом выяснил, что его отца обманули?

– Ну да. – Линда посмотрела в сторону окна. – Он сын строительного магната, и он имеет представление о строительстве. Кроме того, Коля изучает экономику, так что считать он умеет. После того как он пару раз взглянул на стройку, он должен был понимать, что они использовали не самый дорогой материал. Тогда откуда такие большие счета, выставляемые его отцу?

– В общем, с Колей произошел несчастный случай.

– Точно.

– И с тобой тоже.

Она убрала прядку волос со лба:

– Они назвали это предупредительным выстрелом. Когда я снова очнулась, около моей кровати стояла Беате Лихтенбергер. Она сказала, что это был выстрел перед носом. И чтобы я молчала, иначе тут же получу проблемы с наркотиками, а вслед за этим передозировку. – Она сглотнула. – Поэтому меня тоже еще не отпустили. Я уже здорова, но они хотели оставить меня пока здесь. Чтобы контролировать.

Йона увидел, как побледнела Линда.

– А что ты не должна была никому говорить?

– Что Шраттер давно мертв. Из студентов навряд ли кто-то знал об этом. Арон и Тим, а больше… Они думали, что я проговорюсь после всего, что случилось.

У Йоны было чувство, что сейчас они подошли к самой сути. Он наблюдал за Линдой, как она сжимала обеими руками свое одеяло. Она хотела поделиться тем, что знала, но боялась.

– Ты говоришь «После того, что случилось»… – ты имеешь в виду самоубийство Лихтенбергера?

Она помедлила и кивнула:

– Он покончил с собой, потому что тоже брал деньги? Он боялся, что проболтается?

Сначала ему показалось, что Линда не поняла его вопроса, потому что она сидела, глядя словно в пустоту.

– Он не брал денег, – сказала она наконец очень тихо. – Давид покончил с собой, потому что именно он убил Шраттера.

Вообще-то, подобная мысль уже приходила Йоне в голову. Осколки от очков, примерзшие к трупу, голубая оправа. Тем не менее он никогда не считал всерьез, что может произойти именно так.