Записку Ян нашел в книге на столе. Должно быть, Леона читала ее в тот вечер.
Записку Ян нашел в книге на столе. Должно быть, Леона читала ее в тот вечер.
«Милая Леона! Мне удалось вернуться немного раньше, но к ужину я не успел. Очень хочу тебя увидеть прямо сегодня, приходи к кривой березе у болота после того, как все лягут спать, я буду тебя ждать. Твой Я.».
«Милая Леона! Мне удалось вернуться немного раньше, но к ужину я не успел. Очень хочу тебя увидеть прямо сегодня, приходи к кривой березе у болота после того, как все лягут спать, я буду тебя ждать. Твой Я.».
Даже без подписи Ян узнал бы свой почерк. Точнее, тщательную подделку. Кто-то хотел выманить Леону из дома, представившись им, зная, что на встречу к нему Леона пойдет хоть среди ночи. И Ян догадывался, кто это был. Только не знал теперь, что с этим делать. Даже если расскажет о записке Вышинским, дальше что? Леону это не вернет. Вместо этого Ян подкараулил Элену в дальней части сада, за стеной из роз, которые еще не успели сбросить листья, а потому надежно прятали их от посторонних глаз.
Даже без подписи Ян узнал бы свой почерк. Точнее, тщательную подделку. Кто-то хотел выманить Леону из дома, представившись им, зная, что на встречу к нему Леона пойдет хоть среди ночи. И Ян догадывался, кто это был. Только не знал теперь, что с этим делать. Даже если расскажет о записке Вышинским, дальше что? Леону это не вернет. Вместо этого Ян подкараулил Элену в дальней части сада, за стеной из роз, которые еще не успели сбросить листья, а потому надежно прятали их от посторонних глаз.
Увидев записку, Элена даже не смутилась.
Увидев записку, Элена даже не смутилась.
– Да, я ее написала, – спокойно сказала она, глядя Яну в глаза. – Но я же не знала, чем все закончится. Хотела просто поссорить вас. Думала, Леона обидится и не захочет тебя больше видеть.
– Да, я ее написала, – спокойно сказала она, глядя Яну в глаза. – Но я же не знала, чем все закончится. Хотела просто поссорить вас. Думала, Леона обидится и не захочет тебя больше видеть.
В ее светло-зеленых глазах, в кривоватой усмешке Ян не видел ни капли раскаяния, ни капли скорби по сестре, с которой они были так дружны когда-то. Неужели это он, Ян, виноват в том, что между сестрами произошел раскол? Ведь до его приезда у них все было хорошо, они любили друг друга. Как же получилось так, что спустя всего пять месяцев сестры стали злейшими врагами настолько, что одна из них подставила под смертельный удар другую?
В ее светло-зеленых глазах, в кривоватой усмешке Ян не видел ни капли раскаяния, ни капли скорби по сестре, с которой они были так дружны когда-то. Неужели это он, Ян, виноват в том, что между сестрами произошел раскол? Ведь до его приезда у них все было хорошо, они любили друг друга. Как же получилось так, что спустя всего пять месяцев сестры стали злейшими врагами настолько, что одна из них подставила под смертельный удар другую?