– Но как такое вообще могло произойти? Откуда в вашей семье волколак? Разве ими не становятся… хм, колдуны?

Агния снова пожала плечами.

– Нечисть говорит, что это проклятие нашей семьи. Но за что, я не знаю.

Яна словно ледяной водой обдало, когда он подумал, что в их семье есть еще один человек с такой же болезнью, как Николай…

– А Олег?.. – спросил он, и Агния сразу поняла, о чем он, качнула головой.

– Я не знаю. Мама говорит, что в возрасте Олега они уже знали, что Николай – волколак. Он еще не умел превращаться по-настоящему, но по ночам становился беспокойным, часто выл, не плакал, а именно выл. Руки и ноги его дергались, как в припадке, он кусался и рычал. А вскоре начал и обращаться. Не полностью, полностью первый раз он обратился в пять лет. Просто периодически конечности его словно меняли форму, лицо становилось длиннее. Через какое-то время все возвращалось обратно. Видел ты что-то подобное у Олега?

Агния наконец оторвалась от созерцания болота и внимательно посмотрела на Яна. Тот вынужден был признать, что ничего подобного за Олегом не замечал. Агния удовлетворенно кивнула.

– Должно быть, проклятие со временем ослабевает. Каждый второй ребенок в нашей семье все еще рождается с уродством, но уже не может обращаться в волка.

– Значит, такие дети были и до Олега с Николаем? – догадался Ян.