– Да, ну, сначала я должна закончить «Дюкет» с идеальными оценками. Потом получить идеальный диплом аспирантуры. А потом, может быть, смогу немножко пожить. – Я была уверена, что если буду достаточно хорошо работать, у меня будет шанс. Я уложила эту уверенность в тёплое местечко в своём сердце.

– Идеальные, идеальные, идеальные, – поддразнила Хезер, прижимаясь поближе. – Ты одержима этим словом. Ты же знаешь, что никто не идеален?

Недобрые слова пришли мгновенно:

– Тебе легко говорить. – Ей каким-то образом удавалось получать всё желаемое, не заботясь о том, как его заработать. Она была исключением из правил. Я проглотила эту мысль и решила сказать ей правду.

– Я хочу, чтобы мои родители мной гордились. Больше никаких «Мы с прискорбием сообщаем». Я хочу оглянуться назад через десять лет и знать, что всё сделала правильно. Больше никаких «вторых мест», больше никаких «не обижай слабых».

Хезер подвинулась, глядя в потолок и обводя глазами светящиеся в темноте звёздочки, которые Каро туда наклеила. Каро, вечно одержимая тем, что ей не позволяли в детстве.

– Через десять лет, – медленно сказала Хезер, – ты даже и не вспомнишь то, что сейчас кажется важным. У тебя будут совсем другие приоритеты. Спорим, ты будешь оглядываться назад и смеяться надо всем, что кажется сейчас таким драматичным.

Она зевнула и ткнула плечом в моё плечо.

– Мы, конечно, через десять лет всё ещё будем друзьями, и я напомню тебе об этом разговоре. Ты посмеёшься. Честное слово. – Она воодушевлённо повернулась набок. – Мне только что пришла в голову прекрасная идея. Давай займёмся предсказаниями! У меня они очень хорошо получаются. Спорю на миллион долларов, что через десять лет я стану известной.

– Как? – спросила я, но Хезер пожала плечами.

– Не знаю. Мне нравятся лекции по археологии. Может быть, я буду женщиной – Индианой Джонсом. Или самым популярным пластическим хирургом в Голливуде. Но скорее всего займусь реалити-шоу.

– Я думала, ты сказала, что хочешь заняться филологией.

– Разберусь по ходу дела. Чем бы это ни было, будет великолепно. – Она усмехнулась. – Спорим, Минт будет управлять бизнесом своего папы, а Фрэнки будет его секретарём.

Я подумала о Минте, которому, конечно, суждено получить власть; силовые линии шли прямо через него. Унаследовать империю недвижимости – казалось, надёжный способ. Но потом я подумала об отношении Минта к его отцу; о секрете, которым он со мной поделился.

– Не может быть, чтобы Минт захватил этот бизнес. Но ты права, чем бы Минт ни занимался, Фрэнки найдёт способ последовать за ним. А Куп? – Я отогнала восторг, который вызывало во мне само это имя и воспоминание о том, как он смотрел на меня на пляже в весенние каникулы.