Преследовавший нас звук приближался к нам с такой же скоростью, с какой опускалась плита. Все мы обернулись на неё и затаились. У каждого в голове вертелась только одна мысль — только бы плита успела…

Успела. Только она коснулась пола, плотно запечатав проход, как раздался последний звук уже у самой двери, и наступила полнейшая тишина.

Мы все сбились в кучку. Шесть пар испуганных глаз сверлили собой дверь. Лучи фонарей дрожали, держа в своих объективах плиту. Но ничего не происходило.

— Оно ещё там? — тихо, еле слышно спросила Дашка срывающимся голоском.

— Да, — шёпотом ответил Саня. Его голос по уровню испуга ничем не отличался от дашкиного.

И опять тишина. Только наше дыхание и биение сердец нарушало её.

— Может, попробуем отстреливаться? — предложил Тёма.

— Ага! — в полный голос сказал я. Вся группа в ужасе шарахнулась от меня.

— Не ори! — шёпотом прикрикнула на меня Виолетта.

— А чего бояться? — развёл я руками. — Сами гляньте, помещение полностью закрыто. Кто сюда проникнет?

Тёма медленно опустился на пол. Его примеру последовали все. Все мы сильно устали и нуждались в отдыхе и покое, а он нам только снился.

Я забрал фонарь у Сани и стал осматриваться. Зала была большой по размерам и с высокими потолками, что сильно отличало её от остальных помещений — с низкими потолками и маленькими по площади. Вдоль стен стояли статуи воинов в своём облачении и с оружием. Короче, как и те, что мы видели при входе в этот ад. Стены опять же исписаны барельефами. Когда я присмотрелся, то понял, что это не барельефы, а карта. Карта Великой Тартарии. В ней угадывались континенты и моря. Всё было расписано в красках, которые даже и не выцвели за вековую историю захоронения. Правильно, солнца нет, а вход плотно запечатан. Здесь были отмечены города и деревни, где-то фигурки крестьян вспахивали землю, где-то отряды воинов маршировали от одного города к другому, в океанах и морях — плыли большие корабли и маленькие ладьи. Короче, это оказалась карта не просто Тартарии, а всего Земного шара.

Я стоял на месте, широко разинув рот, и смотрел на всё это великолепие. Панораму мировой физической карты в огромном масштабе я ещё никогда не видел.

Под картой были установлены факелы. Они располагались на уровне вытянутой руки. Я подошёл к одному и снял его с подставки. Всё сделано, как надо. Складывалось впечатление, что его создали и сразу поставили сюда, даже ни разу не подпалив. Язычок пламени от зажигалки вмиг разбежался по ткани, намотанной на факел. Я стал обходить помещение, поджигая остальные факелы. Вскоре вся зала стала прекрасно освещена.