— Да, нет, — ответила Дашка. — Такое впечатление, что печать должна проворачиваться, только её как-то надо провернуть. Чем-то подхватить. Ручкой, что ли?

— Есть у меня ручка, — грустно выдохнул я. — Только толку с неё.

Я достал из кармана скобу с валиком и поднял взгляд на Дашку. А она смотрела на меня как-то странно. Глаза большие, на выкате. Я обернулся на остальных. Та же картина. Все таращились на меня, как на привидение.

И тут до меня дошло. Я вскочил на ноги и в два прыжка оказался у печати. Скоба по размерам в точности подходила к пазам. Я осторожно поднёс её к печати и стал вставлять. Она вошла в пазы и остановилась. Я надавил на неё. Она протолкнула дальше то, что мешалось. Скоба полностью встала на место, а внутри что-то щёлкнуло.

Я отпустил скобу и посмотрел на свою ладонь. Она вспотела. Потирая её о брюки, я поднял взгляд на Дашу.

— Давай, — сказала та вполголоса.

Я обернулся на остальных. Тёма кивнул головой. Вздохнув, я положил руку на скобу. Вокруг печати шёл растительный узор в виде спирали. Я так понял, что крутить надо по раскручиванию спирали. Застоявшийся механизм не давал провернуть печать. Тогда я приложил усилие. Мышцы на руке напряглись.

Скоба постепенно стала поворачиваться. Всего пол оборота понадобилось, чтобы вскрыть замок. Раздался сильный щелчок внутри. Втулка обратно вытолкнула скобу из печати. Скоба осталась у меня в руке. Я сделал шаг назад. Под ногами что-то загудело. Вместе с Дашкой мы попятились назад. Плита на полу, рядом с дверью чуть опустилась вниз. Она даже не была заметна, полностью сливаясь с полом.

Мы все замерли и смотрели, затаив дыхание, как плита медленно опускается вниз. Потом что-то опять защёлкало внизу. Послышались странные звуки, как будто что-то тяжёлое тащили по камню.

Мы все напряглись. Чего ожидать, никто не знал. Но почему-то на хорошее никто из нас не надеялся. Наверное, потому что пока ещё ни один звук в этом захоронении не предвещал ничего доброго. На уровень пола поднялась статуя. Это был человек, сидящий за столом. Он держал ладонь над листом бумаги или пергамента. Сразу было понятно, что это статуя писаря. Я сделал шаг к статуе, как меня кто-то крепко схватил за предплечье. Я обернулся. Виолетта смотрела на меня со страхом в глазах.

— Женя, не надо, — сказала она вполголоса.

— Ничего, — постарался улыбнуться я. Только получилось у меня это как-то криво. Наверняка, моя лыба больше напоминала оскал.

— Здесь везде ловушки.

— Да, ладно, — ответил я. — На этот раз это была скоба. Не думаю, что она приведёт к ловушке. Наверняка, это просто загадка. Разгадаем её и получим джек-пот.