Даша подошла ко мне и посмотрела на царя.

— Красиво нарисовано, — сказала она.

— Да, — выдохнул я. — Только толку-то теперь?

Даша сделала шаг к двери. Вся дверь была в надписях. Мелким шрифтом и на непонятном языке, она явно предупреждала об опасности нарушения покоя этих стен. Даша внимательно осматривала предложения. Я же смотрел на неё совершенно пустыми глазами.

— А что тут написано? — вдруг спросила она.

— Понятное дело, — усмехнулась Виолетта. — Приговор там написан.

— В смысле? — Даша обернулась на неё.

— Это везде так, — вздохнула Виолетта. — У всех народов и во всех культурах предводителей тревожить нельзя. До сих пор сказки сочиняют даже о современных кладбищах. А вот могилы царей всегда оберегали легенды о всяких проклятиях и напастях, которые обрушаться на тех, кто будет тревожить покой усопшего. Про проклятие фараонов слышала?

Даша утвердительно кивнула.

— Ну, вот, — сказала Виолетта. — Все, кто раскапывал могилу Тутанхамона, как-то очень быстро сами по себе склеили ласты. Наверняка, и тут тоже самое.

Она махнула рукой и отвернулась.

— Здесь речь идёт не только о тех, кто потревожит покой захоронения, — произнёс Артём. — Здесь говорится о том, что весь народ пострадает, если вскрыть могилу. Начнётся самая кровопролитная война в истории. Такого проклятие монгольских ханов. Склеп Тимуридов в Самарканде раскопали двадцать первого июня сорок первого года. А на следующий день началась Великая Отечественная война. Когда до Сталина это дошло, он приказал вернуть останки Тимура на место. Как только закопали обратно, началась Сталинградская битва, в которой мы победили, а само слово «Сталинград» стало нарицательным. Я обернулся и посмотрел на Тёму с глупым выражением на физиономии.

— Ты откуда это знаешь? — спросил я.

— Да ты мне все уши прожужжал со своей историей, — развёл Тёма руками.

Я только отмахнулся от него.

— Прикольно, — усмехнулась Даша. — То есть, если мы откроем эту дверь, завтра на нас нападёт блок НАТО?

— А ещё и Китай уверяет, что Сибирь и Дальний Восток временно потерянные территории, — блеснул Саня своими познаниями в современной геополитике.

— Круто, — пожала Дашка плечами и продолжила изучать дверь. Она провела рукой по круглой печати. — А тут чего-то не хватает.

— Чего там может не хватать? — горько усмехнулась Карина. — Мозгов в наших головах?

— Да, уж, — Саня лёг на пол, направив взгляд в потолок. — Только нам могло прийти в голову припереться на собственные похороны.