Он понял, что он сам — единственная ее надежда. Любая помощь, любое утешение, которое осталось ей в эти короткие дни, будут исходить только от него. Как может он изгнать ее из своего ума и души? Вудворд тоже в серьезнейшей нужде, но он на попечении доктора Шилдса. А женщина — эта красивая, трагическая женщина, стоящая перед ним, — ни на кого не может на всей земле рассчитывать, кроме как на него.

— Грин уже приносил вам еду? — спросил он.

— Я только что ее доела.

— Вам не нужно свежей воды? Я могу принести.

— Нет, — сказала она, — воды хватает. Но все равно спасибо.

Мэтью оглядел грязный сарай.

— Здесь надо вымести и постелить свежей соломы. Это ужасно, что вам приходится терпеть такую грязь.

— Я думаю, сейчас слишком позднее время для этого, — ответила она. — Могу я вас спросить, как подвигаются размышления магистрата?

— Он еще не сказал своего слова.

— Я знаю, что не будет другого решения, кроме виновности, — сказала она. — Слишком сильны свидетельства против меня, особенно после слов девочки. И я знаю, что не помогла себе, разорвав Библию, но я просто вышла из себя. Так что… Бидвелл скоро получит свой костер для ведьмы. — В голосе слышалось страдание, но подбородок Рэйчел гордо подняла. — Когда наступит время, я буду готова. Я приготовлюсь. Когда меня выведут отсюда, я буду рада, зная, что хотя меня изгнали с земли, но примут на Небесах.

Мэтью попытался возразить против этого отчаяния, но слова изменили ему.

— Я очень, очень устала, — сказала Рэйчел тихо. Она прижала пальцы ко лбу и закрыла глаза. — Я буду готова вылететь из этой клетки. Я любила моего мужа. Но я так долго была одинокой… что смерть станет избавлением. — Глаза ее открылись. — Вы будете присутствовать?

Мэтью понял, о чем она.

— Нет.

— Меня похоронят рядом с мужем? Или в другом месте?

Не было смысла говорить что-нибудь, кроме правды.

— Наверное, за пределами города.

— Я тоже так думала. А мне не отрубят голову? В смысле… когда я сгорю, над моим телом будут глумиться?

— Нет.

Он не допустит, чтобы даже палец отрезали, чтобы потом показывать за два пенса в таверне Ван-Ганди. Конечно, на то, что может сделать с ее скелетом какой-нибудь грабитель могил, когда они с Вудвордом уедут, он повлиять не может и не хочет об этом думать.