– Да что ты такое брешишь, Зина? – Аркадьич никогда не был актером и совсем не умел владеть лицевыми мышцами. Вместо изумления на его лице появилась маска испуга. Он постарался исправиться, но сделал только хуже – лицо предательски задергалось. – Мусоров надо звать, однозначно! Надо. Но у меня нет зарядки… В рот ее чих-пых…

– Чего ты испугался? – напрямую спросила Сферина и это был как удар хлыста.

У Аркадьича были свои счеты с полицией-милицией, его уголовное прошлое уже не вытравишь из его судьбы. Он никогда не связывался с правоохранительными органами, навсегда отстранив себя от «вонючих мусоров» и «ментов поганых», но только на этот раз причина была вовсе не в личной неприязни. Следуя логике, какие бы человек не испытывал эмоции к полицейской структуре, но в данном случае, когда в цеху произошли убийства и на полу лежат трупы, человеку следовало бы пренебречь личными принципами. Аркадьич это понимал и видел, что и Сферина думает точно так же.

– Зин, у меня зарядка слома… – он все же делал робкие попытки отговориться и Сферину не на шутку взбесило.

– Твою мать, Аркадьич! Повернись направо! Что ты видишь? Ну? Что ты видишь? Я не знаю, что видишь ты, но я своими собственными глазами вижу чей-то заряжающийся телефон! Кажется, это старенький «Алкатель» и кажется он подключен к колонкам через «блютус». Вон розетка, в ней зарядник с телефоном, экран горит. А теперь скажи, что произошла религиозная невидаль и всемилостивый Боженька в самый нужный момент сотворил чудо! Починил зарядник! Аллилуйя! Кого-то Бог не может избавить от болезни и спасти жизнь, а кочегару Аркадьичу чинит телефонный зарядник и именно тогда, когда я на него взглянула!

Кочегар скрипнул остатками зубов.

– Ладно, – прорычал он, выдергивая телефон и отдавая его женщине. – Звони ментам. Только не здесь, выйди на улицу.

– Почему это? Аркадьич, тебе говорили, что ты странный?

– Уходи, Зин. Ты получила телефон, теперь иди и звони кому хочешь. А здесь… ничего не слышно.

– Так выключи ты свою распроклятую музыку!

– Слышишь, как топка гудит? И вообще тут связь очень плохая, много железа, оно фонит. Звони на улице.

– Милок, – подозрительно прищурилась Сферина и Аркадьич понял, что она теперь не отвяжется. Такая женщина с таким взглядом так просто не уходит, – ты чего боишься? Отвечай-ка, чего ты боишься, а?

Она уловила его метнувшийся в сторону взгляд и проследила за ним. Аркадьич сглотнул и невольно попятился от Сфериной, а та, заподозрив что-то неладное, пересекла тесную кочегарку и сперва уставилась на недомытую кровь на стене и полу, а потом на кое-что, лежащее на распилочном столе. Это кое-что было накрыто старой серой толстовкой, которой до этого, наверное, мыли полы. Женщина медленно протянула к этому округлому предмету руку…