Короче говоря, этих двух людей практически ничего не связывало. Ничего до этого дня. А теперь так получилось, что кочегарские руки облапали пролетарское тело аппетитной женщины, лазали там, где она позволяла лазать только избранным и только в определенные моменты тесной близости. Щупали то, что дозволялось щупать хоть и многим, но не каждому. Такое бывало раньше, когда она перебирала с алкоголем, на какое-то время выпадала из реальности, а потом оказывалось что у кого-то о ком она почти ничего не знала было с нею то, что в одном реалити-шоу называют «волшебством». В такие моменты она чувствовала себя амбивалентно – приличествующая зрелой женщине сдержанность противостояла определенной доли распущенности. Сейчас было нечто похожее: ее облапал мужчина – тут больше хорошего или плохого? Пожалуй, больше хорошего – ведь он оказывал ей медицинскую помощь и не посягал на что-то большее. А если бы посягнул, она бы отказалась?

Тем временем Аркадьич закончил с перевязкой Зинаиды, истратив на нее весь запас марли и перекиси водорода. В его пластиковом ведерке из-под майонеза «Провансаль», заменяющим собой аптечку, оставались еще активированный уголь, ацетилсалициловая кислота и еще какие-то оранжевые капсулы для пищеварения. Что из этого могло бы облегчить физические страдания потерпевшей? Оказалось, что уровень знания фармакологии у тощего истопника приближался к абсолютному нулю и, признавшись, что лично он сам всем медикаментозным средствам лечения предпочитает старую добрую водку с перцем, которой сейчас у него с собой нет, Аркадьич предложил Сфериной оранжевые капсулы с непонятным названием, но Зинаида отвергла их решительным жестом и встала с кушетки. Она заявила, что хочет позвонить в полицию. Немедленно! Сию минуту!

– Аркадьич, дай мне телефон, – потребовала она, подходя к одному из трубопроводов и открутив краник, сделала несколько глотков холодной воды прямо из трубы. – Я потеряла свой.

– Какой телефон? – опешил кочегар, складывая незатейливые лекарства обратно в «Провансаль».

– Свой, – женщина напилась и вытерла рот толстой пятерней.

– У меня сдох аккумулятор, – ответил он тоном заядлого автомобилиста.

– Не может быть. У тебя есть розетки.

– У меня нет зарядника.

Зинаида воззрилась на кочегара как на предавшего ее лучшего друга.

– Что значит «нет»? – медленно произнесла она и Аркадьичу вдруг стало не по себе. Он поспешил отвернуться.

– Зарядника у меня нету, – повторил он.

– Скажи-ка, милок, – в интонации Сфериной показались угрожающие вибрации, – почему это ты не хочешь вызвать ментов? Ты же видел, что случилось в цеху. Тебя это, что, вообще не волнует?