– Человек десять.

– То есть триста в месяц? Так?

– Ну, триста вряд ли, но двести пятьдесят точно!

– А кто будет кормить мой персонал в тыщу человек каждый день? Вот вы и будете! Вы будете?

Мужик не верил своим ушам: тыща человек!

– Тыщу не прокормлю, – засомневался мужик. – Что ж делать то?

– Жена есть? – тут же вклинился пан капитан, поднатаревший в предвыборных баталиях.

– Дак. вот она, рядом сидит.

– Дети есть? – не унимался Гуров.

– Дак. и внуки взрослые ужо есть, – гордо выдал на гора мужик.

– И что ваша большая семья не привлечет всех их на нашу совместную работу? А соседи? – чуть ли не строго спросил пан капитан.

– Да тут половина зала соседи! – встряла жена мужика с первого ряда. – Ты, мил человек, научи, как нам всех накормить, а мы не подведем. У нас и молочко свое, сметанка, свининка.

– Мед есть! – отчитался кто-то из дальних рядов.

– Стадо барашков имеется! – выкрикнул мужик из среднего прохода.

– Так тут надо всех присутствующих и устраивать на терминал, – беря полностью инициативу в свои руки, произнес мастер публичных выступлений Гуров. – Хватит, мужики, мотаться на заработки в Калининград! Все будете работать у нас!

– А какая зарплата? – крикнул кто-то, из первых рядов и это был центральный вопрос, волновавший всех присутствующих, которые стремительно переходили из противников в сторонники терминала.

– Средняя зарплата двенадцать тысяч рублей! – как можно громче прокричал в зал Одинцов.

Толпа заволновалась. Многие обходились зарплатой в три – четыре тысячи рублей и существовали только за счет приусадебного хозяйства.

– Списки вакантных мест, – теперь уже выкрикнул Гуров, – мы вывесим в вестибюле клуба. Там будут указаны наши телефоны и адрес, куда можно будет передать резюме.

– Что передать? – не понял кто-то из передних рядов.