— Ça suffit![92]

Мужчины разом обернулись на голос. Элис вытянула шею, но женщина стояла у самых дверей и не была ей видна.

— Что здесь происходит? — продолжала она. — Ребяческие ссоры! Франсуа-Батист? Уильям?

— Rien, maman. Je lui demandais…[93]

У Уилла был ошеломленный вид, словно он только сейчас осознал, кто пришел с Франсуа.

— Мари-Сесиль… я не думал… — Он сбился. — Я не ждал тебя так рано.

Женщина вошла в библиотеку, и Элис увидела ее лицо.

«Не может быть!»

Сегодня она была в более строгом костюме, чем в тот раз, когда Элис увидела ее впервые. Юбка до колена цвета охры и такой же жакет. И волосы были свободно распущены, а не повязаны шарфиком.

Но ошибки быть не могло. Та самая женщина, которую Элис видела у гостиницы «Старый город» в Каркасоне. Мари-Сесиль Л'Орадор.

Она перевела взгляд от матери к сыну. Явное фамильное сходство. Тот же профиль, та же надменная манера держаться… Теперь понятно, чем вызвана ревность Франсуа-Батиста и его неприязнь к Уиллу.

— Однако по сути дела мой сын прав, — говорила между тем Мари-Сесиль. — Что ты здесь делаешь?

— Просто искал почитать… что-нибудь новенькое. Без тебя мне было… одиноко.

Элис поморщилась. Он совершенно не умеет врать.

— Одиноко? — повторила женщина. — На лице у тебя другое написано, Уилл.

Мари-Сесиль потянулась к нему и поцеловала его в губы. Элис ощутила копящееся в комнате напряжение. Поцелуй был слишком интимным. Она заметила, как Уилл стиснул кулаки.

«Ему не нравится, что я это вижу».

Неожиданная мысль промелькнула и тут же забылась.

Мари-Сесиль отпустила его. Лицо у нее было довольное.

— Еще увидимся, Уилл. А сейчас, извини, у нас с Франсуа-Батистом срочное дело. Desolée.[94] Так что с твоего позволения…