— Здесь?

«Слишком торопится. Выдает себя».

Мари-Сесиль прищурилась:

— Почему бы и нет?

— Нипочему, — резко отозвался Уилл.

— Maman. Я не могу найти.

— Постарайся, — отозвалась она, не сводя с Уилла подозрительного взгляда.

— Но я не…

— Va le chercher! — огрызнулась она. — Иди поищи.

Элис слышала, как хлопнул дверью Франсуа-Батист. Мари-Сесиль тотчас же обняла Уилла за пояс, притянула к себе. Элис видела ее ярко-красные на фоне его белой футболки ногти. Она бы сбежала, да некуда было деваться.

— Tiens, — сказала Мари-Сесиль. — A bientôt![95]

— Ты уже уходишь? — спросил Уилл.

Элис услышала в его голосе панику: он понял, что оставляет ее в ловушке.

— Toute a l'heure.[96] Позже.

Элис ничего не могла поделать. Оставалось только беспомощно слушать шаги скрывающегося за дверью Уилла.

Мужчины столкнулись в дверях.

— Вот, — сказал юноша, протягивая матери тот же выпуск газеты, который недавно читал Уилл.

— Как им удалось так быстро все раскопать?

— Понятия не имею, — кисло сказал он. — Оти, надо полагать.

Элис затаила дыхание. «Тот самый Оти?»