В номере отеля «Кайзерхоф» расспрашивали жаждущих получить вознаграждение, которые никогда не заходили за железнодорожную линию, но готовы были вести экспедицию в пустыню; таких, кто точно знал, где найти пропавшую девушку, а также таких, кто видел Сантэн и нуждается только в жалкой тысяче фунтов, чтобы пойти и привести ее. Приходили медиумы и ясновидящие, которые поддерживали с ней постоянную связь на высшем уровне, и даже один джентльмен, готовый по сходной цене продать собственную дочь, чтобы она заменила пропавшую девушку.

Гарри всех встречал доброжелательно. Он выслушивал их рассказы, с интересом следил за нитью рассуждений, всерьез принимая теории и советы, сидел за разрисованной буквами алфавита и астральными знаками доской медиума и даже, послушав одного из них, использовавшего в качестве указующего знака колечко Сантэн, привязанное на нитку, проехал пятьсот миль по пустыне. Там ему предъявили несколько молодых леди, разнящихся цветом кожи и цветом волос, от светлых блондинок до мулаток, с кожей оттенка «кофе с молоком», назвавшихся Сантэн де Тири Кортни и готовых исполнить любое желание Гарри. Получив отказ и просьбу покинуть номер, некоторые громко возмущались и выкрикивали бранные слова. Приходилось вмешиваться Анне.

«Неудивительно, что она худеет», — говорил себе Гарри и наклонялся, чтобы коснуться бедра Анны, сидевшей рядом с ним в открытом «фиате». Ему в голову пришли слова святотатственной старой молитвы: «Благодарим тебя, Господи, за то, что у нас есть. Но были бы рады иметь немного больше». Он ласково улыбнулся Анне, а вслух сказал:

— Скоро будем на месте. Она кивнула и ответила:

— Я знаю: на этот раз мы ее найдем. Я уверена!

— Да, — с сомнением согласился Гарри. — На этот раз все будет по-другому.

Он мог с чистой совестью утверждать это. Ни одна их экспедиция не начиналась так загадочно, как эта.

К ним вернулось их собственное объявление о награде. Оно было сложено и запечатано воском. Почтовый штемпель: пакет отправлен четыре дня назад из Юсакоса, маленькой станции на узкоколейной железной дороге между Виндхуком и побережьем. Марок на пакете не было. Гарри пришлось заплатить за пересылку; адрес написан решительным твердым почерком, принадлежащим образованному человеку, судя по начертанию букв — немцу. Сломав восковую печать и развернув объявление, Гарри обнаружил лаконичное приглашение на встречу, написанное ниже объявления, а также начертанную от руки карту с указаниями. Подписи не было.

Гарри немедленно телеграфировал в Юсакос почтмейстеру, уверенный, что на такой маленькой станции почты немного и почтмейстер должен помнить все отправления.