Много позже, лежа в темноте в обнимку, они — тихо, чтобы не разбудить Шасу — строили планы и обменивались обещаниями, рисуя будущее, которое раскинулось перед ними, как будто они стояли на пороге рая.
* * *
Казалось, Варк Ян уехал всего несколько дней назад, но неожиданно в самую жару он въехал в лагерь на взмыленной лошади.
Он привез письма, зашитые в брезент и запечатанные смолой. Одно из писем было адресовано Лотару, и тот прочел его в одно мгновение.
Имею честь известить Вас, что в моем распоряжении находится документ о Вашей амнистии, подписанный генеральным прокурором Мыса Доброй Надежды и министром юстиции Южно-Африканского Союза. Поздравляю Вас с успехом предприятия и с нетерпением жду встречи в указанном месте в указанное время. Там я буду иметь удовольствие передать документ Вам в руки. Искренне Ваш Гаррик Кортни, полковник.
Два других письма были адресованы Сантэн.
Одно было также от Гарри Кортни, он приветствовал ее и Шасу в лоне семьи и обещал свою любовь, заботу и все, что из этого следовало.
Из несчастного существа, погруженного в бесконечную печаль, Вы разом превратили меня в счастливейшего и полного радости отца и деда. Жажду обнять вас обоих. С нетерпением жду этого дня. Ваш любящий и покорный свекор Гаррик Кортни.