– Недостаточно того, чтобы вы делали какие-то упражнения, но при этом все время находились в своей комнате, – сказал Леонид.

Он снова смотрел не на Константина, а на свое изобретение.

Принц увидел на лице Леонида, который не сводил глаз со стула, редкое для этого старого врача выражение. Никогда прежде Константину не доводилось видеть, чтобы Леонид смотрел на кого-нибудь из знакомых ему людей с такой нежностью.

– Если у человека здоровый рассудок, то и тело у него становится здоровым, – заявил Леонид. – А ваш рассудок лишен нормального питания в силу того, что вы все время находитесь запертым в этих стенах. Вы должны снова начать двигаться. Изменение окружающей обстановки будет полезно для вашего мозга, оно станет тем же самым, чем является хорошая пища для ваших костей и крови.

– То есть ты собираешься заставить меня забраться на этого твоего деревянного коня?

– Прекрасно сказано, – кивнул Леонид, либо не заметив, либо проигнорировав скептическую нотку в голосе Константина. – Именно так – деревянный конь, который увезет вас из этой комнаты туда, в большой мир.

Леонид снова хлопнул в ладоши, и на этот раз в комнату зашли двое крупных мужчин.

– С вашего разрешения мы посадим вас на этот стул, и вы сразу же увидите, какая от этого польза. – Старый врач вопросительно поднял брови, ожидая согласия со стороны принца.

Константин бросил взгляд на Ямину, которая во время всего разговора стояла неподвижно и молчала. В ответ она энергично кивнула. Перспектива увидеть то, как принц покинет пределы своей комнаты, была очень даже захватывающей.

Константин в знак того, что он готов подчиниться врачу, опустил плечи и вздохнул. Во всей этой затее что-то – а именно то, что его будут возить на таком стуле по дворцу, как беспомощного калеку, – показалось ему унизительным. Однако наряду с неуверенностью и сомнениями его охватило и непреодолимое желание сменить окружающую обстановку.

– Ну хорошо, – после небольшой паузы произнес Константин. – Придется мне снова сесть в седло.

У Ямины от волнения разгорелись щеки. Леонид и его два чрезвычайно мускулистых помощника приблизились к кровати. Девушка тоже подошла к ней и, даже не потрудившись попросить разрешения, быстро откинула в сторону простыни, которыми были укрыты ноги Константина. Он был облачен только лишь в белую хлопковую ночную рубашку, и при виде его худобы и почти прозрачной кожи на ногах ниже колена – в сравнении с крупными и крепко сложенными помощниками Леонида – у нее на несколько мгновений больно закололо в сердце. Подавив в себе болезненные ощущения, она отступила назад, чтобы дать помощникам врача возможность подойти вплотную к Константину. Несмотря на грубое телосложение и свирепый вид, они, поднимая Константина с матраса и перемещая его на стул, обращались с ним очень бережно.