– Эй!

Он так и не мог понять, что внизу перед ним, хотя различил какие-то формы с округлыми краями. Похоже, они занимали все пространство галереи от пола до потолка. Рельсы уходили прямо в них. Горный обвал? Халифе пришлось сделать усилие, чтобы спуститься еще на шаг. Тьма словно выталкивала его назад. Луч наткнулся на что-то закругленное, похожее на колесо, выхватил из мрака контуры то ли обода, то ли обруча. Явно рукотворного предмета.

– Что же это такое?

Нога опустилась еще на ступеньку. Осторожно, словно он заходил в ледяную воду. И одновременно клонился назад, опасаясь, что снизу на него бросится страшное нечто. Не бросилось. Успокоенный, он сделал еще шаг, но тут же замер. Круто развернулся, упал на колено и прицелился в темноту.

Где-то далеко вверху загудел механизм или мотор. Что-то механическое.

Странные звуки доносились до него и раньше, но они тут же пропадали, как только он пытался определить их источник. На этот раз, начавшись, звук не утихал. Зловещий, неторопливый рокот, казалось, плавал в воздухе, словно ворчал сам лабиринт. Халифа напрягал слух, у него дрожала рука, и от этого колебался луч фонаря. Он не мог сказать, что порождало звук. Ясно было одно – рокот доносился сверху. Оттуда, откуда он пришел. Лихорадочно хватая воздух ртом, Халифа выждал минуту. И больше не интересуясь, что же все-таки загораживало проход внизу, не заботясь, что представляет собой эта шахта, желая только одного – поскорее выбраться наружу, – встал и пошел по галерее вверх.

Оставив позади метров двадцать, он остановился. Рокот не прекращался, был таким же, как раньше, – ни громче и ни тише. Он сделал еще несколько шагов и снова застыл. Теперь к прежнему звуку примешивался новый. Что-то глухо погромыхивало, будто вдалеке стучали по рельсам колеса. Напуганный, пытаясь разобраться, что происходит наверху, и проклиная себя за то, что сунулся в лабиринт, Халифа направил луч фонаря в темноту. Стук стал громче. Не намного, но определенно громче. Мгновение он стоял как вкопанный, нервы напряжены до предела, сердце рвалось из груди. Затем сделал шаг вправо и, поставив ступню на рельс, ощутил легкую вибрацию. Проделал то же самое со вторым рельсом, и здесь металл как будто глухо гудел под подошвой. На него что-то ехало. Что-то большое, судя по тому, как нарастал звук. Халифа попятился, поднял пистолет и снова поставил ногу на рельс. За пять секунд вибрация заметно усилилась. Что бы там ни катило, оно спускалось быстро.

– Аллах-у-акбар, – прошептал детектив.

Посветил фонарем: слева каменная стена. Справа – узкий, шириной чуть больше метра, проход, потолок немного выше его роста. Не пора ли в него нырять? Но он был настолько тесным, враждебным и вызывал такое сильное ощущение клаустрофобии, что Халифа не мог себя пересилить. Ничего не предпринимал – застыл с фонарем и пистолетом, как кролик, попавший в свет автомобильных фар. Рельсы начали подрагивать.