Халифа подумал о семье: о Зенаб, Батах, Юсуфе. Как они перенесут его потерю? Так и не узнают, почему и куда он исчез? (Боже, только бы они не подумали, что он от них сбежал.) Вспомнил о других персонажах истории, завершившейся его смертью под землей: о Самюэле Пинскере, Бен-Рое, Иман эль-Бадри и Дигби Гирлинге.
Но больше всего мыслей было о сыне Али. Его любимом мальчике, который, одинокий и беспомощный, барахтался в черных глубинах Нила.
Вот и он барахтается во тьме, пытаясь выбраться из-под земли. Интересно, как повторяются события.
Халифа продолжал идти, испытывая жажду, выбиваясь из сил, умоляя о помощи, призывая Всевышнего и всех, кто может его услышать, его спасти. До тех пор, пока у него не пропал голос. И тогда воцарилась полная тишина.
– Я закругляюсь.
– Хорошо.
– Ты со мной?
– Еще немного посижу.
Джоэл Регев поднялся с дивана, пересек комнату и склонился над плечом Дова Зиски. Стол Дова был завален бумагами и фотографиями. На экране компьютера светилась страница, осененная звездой, мечом и оливковой ветвью – эмблемой сил обороны Израиля. Страница называлась «Военный набор 1972 года».
– Прикольно.
Зиски усмехнулся.
– Все то же дело об убийстве в соборе?
– Оно, какое же еще?
– Есть успехи?
– Не исключено.
Регев немного постоял, стиснул плечо Зиски и пошел к двери.
– Не заработайся, – бросил он с порога.