Малаку заверил Кайндля в том, что ему не стоит беспокоиться, и подобострастно поблагодарил за предоставленный им шанс снова выбиться из грязи в люди. Когда Кайндль ушел, они внимательно и скрупулезно подготовились к тому, какие из предсказаний огласить, о каких пока умолчать, затем занялись своим туалетом. В восемь принесли ужин, но Грегори кусок не лез в горло, и он отодвинул тарелку в сторону, оставив пищу нетронутой, встал из-за стола и повалился на кровать, находя утешение в мыслях об Эрике.

Вскоре после десяти за ними пришел Кайндль и проводил их вниз по лестнице в столовую. Она была настолько велика, что обеденный стол в форме подковы занимал едва ли половину свободного пространства, и Грегори уяснил себе, что в понимании Геринга узкий круг друзей за ужином предполагал не менее двадцати человек. Большая часть мужчин за столом была в военной форме с Рыцарскими и Железными крестами, другими высокими наградами. Только трое мужчин были в смокингах, зато все дамы щеголяли декольтированными вечерними туалетами.

Рейхсмаршал восседал на хозяйском троне с внешней стороны подковы-стола. Он не обманул ожиданий Грегори, облачившись в белую с золотом тогу и водрузив на голову лавровый венок. А на вид он здорово постарел и обрюзг, жир свисал неопрятными складками, под глазами темнели мешки, на толстых как сосиски пальцах сияли кольца и перстни на несколько тысяч фунтов стерлингов. Пожалуй, ни одному актеру на сцене не удавалось воспроизвести столь убедительно образ донельзя распущенного Римского императора времен распада Империи.

Кайндль вывел своих протеже в центр подковы и представил их как господина Протце и господина Малаку. Геринг осмотрел критическим взглядом эту странную пару и заговорил:

— Полковник Кайндль говорил мне, что вы удачно предсказали нашу победу при Арденнах и также другие события. Давайте же послушаем, какой дальше, с вашей точки зрения, могут получить поворот события в войне.

Стоявший в каких-то десяти футах от Геринга, Грегори поклонился ему и ответил:

— Ваше превосходительство, с вашего позволения, я попрошу стул для моего коллеги, которого я затем введу в гипнотический транс и буду переводить в дальнейшем его сообщения, которые он будет произносить по-турецки, общаясь на этом родном для него языке с высшими существами из внешних сфер.

Принесли стул, Малаку уселся, закрыл глаза и несколько раз резко втянул в себя воздух, потом впал по внешним признакам в медитативный транс и начал бормотать. Грегори отчетливо понимал, что все присутствующие осознают неизбежный крах нацистской Германии, поэтому никто ему не поверит, если он попробует вселить в них ложную надежду.