Во всем этом аду Хорь не спускал глаз с ловкой фигуры запорожца… Перепрыгнув через глинобитную стену, из-за которой, по его мнению, было безопасно наблюдать за боем, Хорь неожиданно столкнулся со старым татарином, выскочившим из низкой двери сакли с луком и сагайдаком в руках. Хорь выхватил из-за пояса пистолет и выстрелил старику в грудь. Тот упал. Хорь схватил лук, выдернул из сагайдака стрелу с белым оперением, воровато выглянул из-за стены. Арсен уже оттеснил агу к самой цитадели и старался точным ударом прикончить его или обезоружить.

Хорь прикинул расстояние, поднял лук. Тетива забренчала, как струна, – и стрела молнией метнулась через майдан…

Но Хорь не увидел, попал ли в свою жертву. Позади него раздался пронзительный крик. Он испуганно оглянулся – склонившись над убитым стариком, кричала тоненькая, как тростинка, татарочка с рассыпанными по плечам тонкими косичками.

Хорь сообразил, что отсюда опасность ему не грозит, и снова выглянул из-за стены. Он надеялся увидеть Звенигору на земле со стрелою в спине. Но вместо этого заметил Секача, летящего к нему через площадь с высоко поднятой саблей. Арсен же держал на руках какого-то запорожца, пытающегося вырвать из своей груди окровавленную стрелу.

– Проклятье! – выругался Хорь и кинулся к девушке.

Татарочка вскрикнула, протянула вверх руки, будто защищаясь от удара или умоляя о пощаде. Но Хорь не сдержал руки – и сабля заалела от девичьей крови.

– Что ты делаешь? Зачем дивчину убил? – послышался голос Секача.

Хорь не спеша вытер саблю об одежду татарина, сплюнул.

– Змея! Стреляла из лука в наших… Пришлось сначала отца, а потом – ее…

– А-а, вот как!.. Молодец! Это она, стерва, целилась в Арсена… Хорошо, что Когут вовремя заметил и заслонил собой товарища… Теперь у него кровь струей бьет из раны. Жаль будет, если помрет, – добрый был казачина!.. Пошли, брат, еще много работы!

Секач побежал к запорожцам, которые уже повсюду теснили охваченных отчаянием защитников крепости. А Хорь, еще не оправившись от страха и мысленно кляня Чернобая, который послал его в это пекло, а сам удрал в Крым к Али, шмыгнул в саклю, чтоб поживиться татарским добром.

Возле Арсена и раненого Когута собрались ближайшие друзья. Арсен осторожно вытащил из груди товарища стрелу. Метелица достал из глубокого кармана штанов плоскую бутылочку с горилкой, насыпал в нее из пороховницы пороха, взболтал и вылил эту жгучую смесь на рану. Потом перевязал чистой тряпицей.

– Хлопцы, отнесите его в лодку, – приказал Арсен. – Да получше присматривайте!

Старший Пивненко поднял брата на руки и вместе с Товкачом понес к Днепру. А запорожцы снова бросились в гущу сражения.