– Берегись! – закричал Каменная Башка. Голос его впервые дрогнул.

Волны с ревом бились о скалы. Одна за другой они разбивались о каменное препятствие, но, подхваченные ветром, снова и снова шли на приступ.

Без паруса лодка превратилась в беспомощную скорлупку, не повиновавшуюся штурвалу. Раз за разом волны подхватывали ее, унося ввысь, и снова бросали вниз. Хрупкое суденышко оказалось во власти урагана.

– Каменная Башка! – схватившись за мачту, закричал юный марсовой.

– Папаша! – прохрипел наемник. – Мне страшно! Это ведь не фойна!

– Смелее, ребята! – сделав глубокий вдох, прокричал в ответ бретонец. – Прорвемся! Нас не сломаешь!

Волна швырнула их прямо на скалы. Вельбот в последний раз подпрыгнул, и сквозь рев волн послышался треск древесины и отчаянный человеческий крик, который тут же унесло ветром далеко-далеко.

Прошло несколько минут. Был слышен лишь мощный голос бушующего океана, разбивавшего волны о скалы. Тучи морских птиц – альбатросов, ягнятников, черных водорезов, несомые воздушным потоком, стремились к островку, где потерпели крушение беглецы. Птицы целыми стаями садились на скалы, будто надеясь попировать на славу.

Внезапно огромный белоснежный альбатрос, перебираясь прыжками с одного скалистого гребня на другой и похрюкивая, словно боров, вдруг камнем ринулся вниз, сложив трехметровые крылья.

– Ах ты, каналья! Только тебя мне не хватало! Я еще не покойник! Вот тебе! Получай!

Отчаянно хлопая подбитыми крыльями, птица попыталась было взлететь, но, издав последний крик, упала в море.

Боцман кортиком отрезал ей голову.

Как же случилось, что этот необыкновенный человек не разбился о скалы? Чтобы это понять, нужно знать, что между скалами скрывались зеленые заросли фукуса – водорослей, которых моряки часто называют пузырями. Именно на них, словно на ложе, и упал, спрыгнув с лодки, баловень судьбы Каменная Башка. Стоит ли удивляться – храбрый бретонец был рожден под счастливой звездой и всегда полагался на милость фортуны.

Однако и для этого старого моряка, гордившегося стальными мускулами и крепкой как камень головой, падение было не из приятных – ударившись о скалы, он лишился чувств, будто юная девица. Тогда-то бедняга-альбатрос и решил его отведать и ударом мощного клюва привел боцмана в сознание. Клювам этих птиц нередко удается разбивать черепа мелким водоплавающим сородичам, но недаром Каменная Башка получил свое прозвище. Боцман мгновенно выхватил кортик и одним ударом лезвия, напоминавшего то ли мексиканское мачете, то ли андалузскую наваху, отрезал голову бедной птице.