– Могу дать пай в своем прииске. Хотите?
– Не хочу.
– Напрасно. Выгодное дело, иностранец!. Можете разбогатеть…
– Благодарю. Вы лучше сами богатейте.
Калифорниец засмеялся.
– Вы, зелененький, пожалуй, правы! – ответил он и предложил сыграть партию.
– Вовсе не играю.
– И не играете? Чем же вы занимаетесь? Спекулируете свободными фондами? – иронически спросил молодой калифорниец, добродушно смеясь и оглядывая фигуру
Чайкина и его дорожный костюм.
Чайкин ответил, что был матросом, а теперь едет работником на ферму.
И янки отошел от Чайкина.
Часу в пятом дня Чайкин вышел из дилижанса и пошел на ферму госпожи Браун. Дорога туда шла лесом, и Чайкин с удовольствием вдыхал смолистый аромат высоких сосен.
Часа через два, когда уж смеркалось, Чайкин увидал ранчу, за нею тянулись расчищенные от леса поля.
«Хорошо!» – подумал Чайкин. Он поправил на спине мешок со своими пожитками и прибавил шагу.
Войдя в ограду, Чайкин прошел небольшим благоухающим садом, обошел веранду небольшого дома и постучался в двери на другой стороне. Вблизи от дома стояли хозяйственные постройки и небольшой флигель.
– Войдите! – раздался женский голос.