— Нет, я не боюсь, потому что у меня есть подкрепление; я все еще храню письма, которые украл два дня назад; и даже если вы убьете меня — я оставил указания, которые обеспечат ваше разоблачение.

Последовала пауза.

— Вам больше нечего сказать? — наконец сказал он.

— Нечего.

— Предположим, Анна, что я просто пытался напугать вас, и если вы сейчас упадете передо мной на колени и попросите прощения, я прощу вас… нет, не прощу, конечно, но отпущу на более мягких условиях — вы сделаете это?

— Нет, Джон, не сделаю. Однажды я уже вставала на колени перед мужчиной и не забыла урока, который он мне преподал. Делайте, что хотите.

— Значит, вы понимаете мои условия и принимаете их?

— Понимаю ли я их? О, да! Я понимаю, что вы человек недалекий и, как все недалекие люди, жестокий и жаждущий мести до последнего фартинга, но вы забываете, что всем в жизни обязаны мне. Заметьте, я не хочу оправдываться. Глядя на это дело с вашей точки зрения… с вашей собственной крошечной кочки, я могу почти посочувствовать вам. Но что касается принятия ваших условий — неужели вы так мало меня знаете, что думаете, будто я могу сдаться? Разве вы не знаете, что я могу сломаться — но никогда не согнусь? И если бы я решила сразиться с вами, я бы победила вас, даже сейчас, когда у вас на руках все козыри; но я устала от всего этого, особенно же устала от тебя и твоих мелочных привычек, и потому — я не стану драться. Вы нанесете мне достаточно вреда, чтобы сделать невозможным тот грандиозный успех, который я запланировала для нас обоих… я устала от всего, кроме успеха, который должен венчать всякую борьбу. Что ж, у меня есть способы побега, о которых вам неизвестно. Делайте, что хотите, я вас не боюсь!

Леди Беллами села на стул, откинулась на спинку и бросила на сэра Джона усталый и равнодушный взгляд.

Маленький сэр Джон заскрежетал зубами и скорчил злобную гримасу, которая выглядела нелепо неуместной на столь жизнерадостном круглом лице.

— Будь ты проклята! — сказал он. — Даже сейчас ты осмеливаешься бросать мне вызов. Знаешь ли ты, женщина-дьявол, что в этот самый момент мне кажется, что я почти люблю тебя?!

— Конечно, я знаю это. Если бы ты не любил меня, то не стал бы тратить столько сил на то, чтобы раздавить меня. Но разговор вышел очень долгий; может быть, мы положим ему конец?

Сэр Джон некоторое время сидел неподвижно, размышляя и глядя на великолепное существо с лицом сфинкса, и во взгляде его ненависть мешалась с уважением.

— Анна, ты замечательная женщина! Я не могу… не могу этого сделать, не могу полностью погубить тебя. Ты должна быть разоблачена — здесь я помочь бессилен, даже если бы захотел — и мы должны расстаться, но я буду великодушен к тебе; я назначу тебе пятьсот фунтов в год, и ты будешь жить там, где захочешь. С голоду ты не умрешь.