- Все в порядке. Я приму решение за тебя. - Аполлоний повернулся к ближайшему ауксилларию. - Держи его ноги неподвижно.

Солдат положил свой щит и копье, схватил Кальгарнона за конечности, крепко прижал их и придавил пятки к основанию столба. Юноша боролся, но ему не хватило сил, чтобы дать результативный бой. Аполлоний встал на колени и открыл железные прутья настолько широко, что большой палец ноги его жертвы подошел вплотную к петле. Затем он схватился за ручки на концах перекладины и закрыл ими палец ноги, крепко сжимая его. Он взглянул вверх. - Где крепость вашего царя?

Кальгарнон запрокинул голову и продолжил молиться.

- Твой выбор, мой юный друг, - пожал плечами Аполлоний, начиная сжимать прутья. Кальгарнон ахнул, затем крепко стиснул челюсти. Катон видел, что каждый мускул его стройного тела напрягся и задрожал.

- Ааааааааааааааа! - наконец его крик прорезал горячий, неподвижный воздух во дворе, и он начал мочиться, забрызгав плечи и шлем ауксиллария, удерживающего его ноги на месте.

- Что за хрень? - Солдат двинулся с места, и Аполлоний резко прикрикнул на него, чтобы он не двигался, когда он начал крутить прутья из стороны в сторону, чтобы усилить агонию юноши. Катон оставался неподвижным, и его лицо оставалось невыразительным, когда он смотрел на него, желая, чтобы Кальгарнон предоставил необходимую ему информацию.

Аполлоний ослабил давление и снял инструмент с искалеченного пальца ноги, затем прикрепил его к другой ступне и повторил процесс. Кальгарнон взвыл от агонии, мучения продолжались, палец за пальцем, пока кончики его ног не превратились в окровавленные клочки плоти и расколотых косточек.

- Ради Конкордии милосердной, - прошептал про себя Катон. - Говори, мальчик… говори.

Но Кальгарнон потерял сознание. Аполлоний жестом показал ауксилларию, чтобы тот ослабил хватку и отошел в сторону. Некоторое время он смотрел на юношу, затем взглянул на Катона.

- Он крепкий парень.

- Жаль, что он не на нашей стороне.

Аполлоний посмотрел на ауксиллария. - Принеси мне ведро воды.

Когда солдат тронулся прочь, агент опустил решетку и схватил юношу за плечи, крепко встряхнув его. - Очнись, мальчик… Очнись, я сказал!

Кальгарнон зашевелился и застонал, склонив голову на грудь. Агент снова потряс его и сильно ударил по щеке. - Открой свои глаза!

Когда веки Кальгарнона раскрылись, а глаза закатились, ауксилларий вернулся с водой. Аполлоний взял у него ведро и резко выплеснул содержимое юноше в лицо.

- Ч-что? - пробормотал Кальгарнон, качая головой, когда он вернулся в сознание. Его лицо сразу же сморщилось от боли.