– Друиды по-прежнему держат жену и сына командующего у себя, в крепости. Я сам видел их прошлой ночью.

– Ты? Прошлой ночью? Но как это оказалось возможным?

– Я проник за валы. Вот почему у меня такой странный вид, командир.

– Ты проник в крепость? И тебе это сошло с рук? Эй, оптион, а тебя, часом, не поразило безумие? Неужели ты не понимал, что с тобою сделали бы, попадись ты им в лапы?

– Прекрасно понимал, командир, – ответил Катон, хмурясь при воспоминании об участи Диомеда. – Однако я обещал госпоже ее вызволить. Я дал ей слово.

– Несколько необдуманно, оптион?

– Может, и так, командир.

– Ладно. В любом варианте я намерен как можно скорее взять эту твердыню. Если все пройдет гладко, мы их отобьем.

– Прошу прощения, легат, – вмешалась Боадика. – Празутаг знает нравы друидов. И он говорит, что они не оставят пленных в живых. Как только жрецы поймут, что легион готовится к штурму, заложники станут уже не нужны им.

– Вполне вероятно. Но если Плавт подтвердит свой приказ и все же распорядится казнить захваченных нами друидов, заложников все равно ждет скорая смерть. А так остается хоть тень надежды, что в суматохе сражения о них позабудут и мы все-таки вызволим их.

– Командир?

– Да, оптион?

– Я видел укрепления изнутри. Мы ведь ударим по главным воротам?

– Разумеется, – ответил Веспасиан и улыбнулся. – Полагаю, ты одобряешь мой план?

– Командир, прибежище друидов находится на другом конце крепости, а значит, когда затеется штурм, они смогут следить за его ходом и сумеют, увидев, что мы побеждаем, вернуться и расправиться с пленниками. Мы будем не в состоянии им помешать, командир. Боадика права: как только мы прорвем оборону, заложников уничтожат.

– Понимаю. – Веспасиан помолчал, обдумывая положение, и продолжил: – Но боюсь, выбора у меня нет. Все, правда, может решить ответ Плавта. Если он согласится отменить казнь, у нас появится небольшой шанс как-то договориться со жрецами.

– Я бы не стала слишком на это надеяться, – произнесла Боадика.

Веспасиан бросил на нее хмурый взгляд и снова повернулся к Катону:

– Скверная ситуация?

– Командир?