Денис вздохнул…

Такие дикие люди, да и люди вообще не разбираются в явлениях и путают физически обусловленное предчувствие с оккультным ясновидением и пророчествами. Денис тоже всё перепутал это, а зря. По своему неведению он смешал виденье физической материи через какие-то материальные преграды и виденье ситуаций будущей жизни, а лженаучное яснослышание и телепатию мешал с прочтением мыслей человека при помощи улавливания физико-моторной функции человека, как это делают некоторые иллюзионисты. Он всё свалил в одну кучу и тщетно пытался разобраться в собственной мешанине, не подозревая, что всё зависело от качеств, наработанных в прошлом, а также от врождённых способностей нейронов мозга проводить множество неосознанных обычно операции открыто для осознания. Поскольку мозг — это биологическая нейронная сеть из клеток-нейронов, то нейрон связан с другими нейронами с помощью 10000 синапсов каждый. Количество нейронов в головном мозге человека примерно равно ста миллиардам. Через один синапс проходит 10 импульсов в секунду, то есть средний мозг имеет тактовую частоту 10 герц на одну синоптическую связь, развивая мощность до 10000 триллионов операций в секунду, естественно, в неосознанном режиме, больше, чем советский суперкомпьютер 1985 года «Эльбрус-2». Вопрос вот только в том, сколько клеток мозга задействовано, в каком физическом состоянии они находятся, и может ли их владелец читать результаты их деятельности…

Глава 16 Ад следовал за ними

Глава 16

Ад следовал за ними

Отец Андрея Алёшина и Дениса Алёшина, попав в одну из многих устроенных Андроповым троцкистских ловушек распыления сил и ресурсов Союза ССР на богом забытой периферии мира, вместо концентрации сил и средств на проблемах союзников — европейских социалистических стран. Брежнев, не стоящий и мизинца Сталина, безвольная кукла в руках членов ЦК, свергнувших Хрущёва, пуская на ветер сталинское наследие, за счёт простого советского народа принялся снабжать дикое, ни разу не пролетарское Сомали советским оружием, и выстроил там военную академию для обучения местных туземных военных, куда и был командирован отец Андрея. Основные преподаватели были советские. Они читали лекции на русском языке, а сомалийцы не знали его, поэтому туда пригласили и русскоязычных советских преподавателей английского языка, чтобы слушателей обучить русскому, ведь обучить английскому советских майоров, полковников и подполковников, 40-летних мужчин было труднее. Там отец и встретил свою будущую жену. Занятия в академии с шли с 7-00 до 13–00, потом из-за жары был отдых. Вечером консультации. У сомалийцев форма была как у клоунов: шорты, рубашки, ботинки. Очень сомалийцам нравилось отдавать рапорт, пристукивая ботинками, акцентируя притопы. Это были дети природы: непосредственные, малообразованные, наивные. Они были счастливы учиться у белых хоть чему-нибудь, и непонятно, зачем этим аборигенам приходилось рассказывать о том, как живут в Союзе: о рабочих, о заводах, о фабриках. Жизнь сомалийцев была нищей и материально, и духовно, ужасна телесно: язвы, чёрная оспа, проказа. После работы преподаватели протирали руки спиртом. Не ели они и их лепёшки: разломив её, можно было встретить что угодно. Жили советские военные городком автономно: клуб, баня, магазин. Общения с иностранцами — итальянцами, французами не было: запрещалось. Однако всё неожиданно кончилось, как и было понятно с самого начала — огромные деньги советского народа здесь были безнаказанно выброшены на помойку и в карман агентам КГБ и ГРУ — сомалийцы разорвали договор с Союзом ССР о мире и сотрудничестве, начав военные действия с Эфиопией, тоже получающей непомерную и бессмысленную андроповскую помощь. Вмиг выросла враждебность, отчужденность, всё благо было забыто напрочь — друзья наших врагов — наши враги, даже если они наши друзья!