Сложив листок, Стэдмен убрал его в карман и взял рацию.
— Где боцман?
— Старпом, я его уже вижу, — ответил Энглер. — Он почти выбрался из люка.
Браун медленно полз задом вверх по наклоненному тоннелю. Он уже был за шахтами крылатых ракет, когда послышались громкие хлопки срываемых головок болтов, за которыми последовало усиливающееся шипение. Остановившись, боцман направил луч фонарика на звуки и увидел, что фонтанчики у входа в сферу излучателя превратились в сплошной занавес. «О черт! Ну почему вы не могли подождать еще минутку?»
— Антенна отваливается! — крикнул Браун.
Ему надо успеть выбраться из этой ловушки, прежде чем стена воды выплюнет его из люка, как горошину из трубки.
Боцман лихорадочно попятился назад. Вода прибывала быстро, поднимаясь быстрее, чем он отползал от нее.
— Передай на центральный пост, пусть увеличат дифферент на нос!
Энглер молчал.
Браун почти выбрался. Его ботинок нащупал край круглого люка. Он переместил ноги туда, где должно было находиться отверстие, но его там не оказалось. Согнувшись пополам, Браун посветил вверх.
Люк был задраен.
Браун заколотил по крышке ногой, но тут по тоннелю разнесся громкий стон. Боцман направил луч фонарика вниз.
К нему стремительно приближалась бурлящая пенистая масса.
Стэдмен услышал хлопок воды, врывающейся в замкнутое пространство. От этого содрогнулась вся лодка.
— Энглер!
— Боцман! О черт, черт,