Если коротко, суть его такова: королева Виктория становилась верховным сюзереном Новой Зеландии, а маори становились полноправными подданными Соединенного Королевства. При этом у них сохранялись все имущественные права, в том числе право на землю.

В договоре имелась одна важная оговорка: свои земли маори имели право продавать только британцам, никакие сделки с иностранцами не допускались. Эта новация разом перемножила на ноль все надежды де Тьерри (сохранившего французское подданство) увеличить свои владения за счет покупки земель.

В результате маори стали такими же подданными Ее Величества, как, например, шотландцы. Негры в британской Африке, индейцы и эскимосы в Канаде, австралийские аборигены о таком могли лишь мечтать. А индусы даже мечтать не могли: они были подданными своих махараджей, сидевших на коротком поводке у британской Ост-Индской компании.

Причем подданство это не было номинальным, существующим лишь на бумаге. Например, сыновья маорийской элиты отправлялись учиться не в миссионерские школы, где учили писать-читать, четырем действиям арифметики и забавной географии, вызвавшей истерический смех мсье Паганеля. Нет, они ехали учиться в метрополию, в Оксфорд и Кембридж (Итон? нет, это для выскочек из плебса), сидели там в аудиториях в цивильных европейских костюмах, с которыми слегка дисгармонировали лица, покрытые густыми татуировками. А потом многие новозеландские вожди, облаченные в традиционные плащи из птичьих перьев, прекрасно говорили и читали на двух-трех европейских языках, и в татуировках их имелся своеобразный завиток, свидетельствующий: товарищ окончил Оксфорд и имеет диплом доктора юриспруденции.

А что же де Тьерри? Он остался на бобах. Колония его потеряла перспективы расширения и постепенно хирела — никто ее не трогал, просто авантюрист оказался плохим хозяйственником: поля зарастали, люди разбегались.

Де Тьерри решил, что новую жизнь в его «королевство» вдохнут лишь мощные финансовые вливания, но инвесторов не нашел. Плюнул на все и уплыл в Калифорнию, где как раз началась «золотая лихорадка». Увы, золотоискательская удача не улыбнулась авантюристу, миллионером он не стал. Позже всплыл на Гавайях, мутил там что-то с местным королевским домом, но подробности неизвестны.

Кончилось тем, что де Тьерри вернулся в Новую Зеландию, — постаревший, во всем разочаровавшийся, оставшийся почти без денег. Жил мирно, спокойно и бедно в Окленде, о «королевстве» своем не вспоминал.

Вспомнили другие. К 1863 году Наполеон Третий прибрал к рукам Новую Каледонию под самым носом у британцев, вел к тому же исходу дело на Таити, получил отличные базы для вторжения в тихоокеанский регион (порты западного побережья Мексики). И цепко приглядывался к этому региону: что еще можно ухватить?