А вернется Паганель из своей одинокой экспедиции... с капитаном Грантом! Найдет его у маори и выкупит!

Мак-Наббс проявил здоровый скепсис. Ему представлялось, что выкупить и доставить в Окленд Паганель сможет только препарированную голову Гранта. Но Лавиния не придет в восторг от такой идеи. Да и специалиста по обработке голов с ними нет.

Специалист без труда отыщется в Новой Зеландии, пошутил Паганель. Но он не потребуется, потому что Грант прожил эти два с половиной года в статусе «пакеха-маори»! Ну разве не гениально придумано?

Паганель был прав. Пакеха-маори (наиболее точно будет назвать их европейскими советниками высокого ранга) жили у туземцев десятилетиями. Иногда ими становились пленники, но чаще дезертиры из британской армии и флота, либо просто авантюристы, пожелавшие без особого труда угодить в маорийскую элиту.

Самый известный из них — легендарный Джеки Мармон, беглый британский моряк, проживший среди маори полвека, даже больше: выучил язык, женился на дочери вождя, построил для маори лесопилку, обучил их делать доски из бревен и вообще плотницкому делу. В войнах тоже отличился, ходил в походы с Хонга Хикой, и, вероятно, в разработке передовой тактики крупных стрелковых подразделений есть и его заслуга. Тот еще был авантюрист, и злые языки поговаривали, что Мармон не спрашивал, какое мясо кладут перед ним на маорийских пирах — свинину или нечто иное. Но люди всегда склонны к злословию.

Слабых мест в этой части плана майор не нашел и поинтересовался судьбой «Дункана».

Географ растолковал: «Дункан» спасется от каторжников, но не сам по себе и не благодаря проницательности и осторожности Тома Остина. Яхту спасет он, Паганель! Спасет своей знаменитой рассеянностью — но это будет неимоверно удачная рассеянность! Гениальная, не побоимся этого слова!

Выслушав подробности, майор понял: его друга обуял бес тщеславия. И яхту он спасет, и Гранта тоже он... Впрочем, Мак-Наббс не имел ничего против. Они вдвоем начали составлять письменные инструкции для Тома Остина.

Планы Паганель действительно умел сочинять блестящие. Но годы кабинетной работы даром не прошли, в практическом воплощении придуманного он был гораздо менее искушен.

Чисто и красиво реализовать идею географа помешало вот какое обстоятельство: он крайне неудачно выбрал в Иденском порту судно, направляющееся в Новую Зеландию.

* * *

Жюль Верн описывает выбранное географом судно и его капитана так:

«Это был бриг вместимостью в двести пятьдесят тонн, носивший название «Макари». Он совершал рейсы между портами Австралии и Новой Зеландии. Капитан, или, точнее сказать, хозяин брига, принял посетителей довольно грубо. Они сразу поняли, что имеют дело с человеком невоспитанным, мало чем отличающимся от своих пяти матросов. Толстая красная физиономия, грубые руки, приплюснутый нос, вытекший глаз, отвисшая от тяжести трубки нижняя губа и зверский вид делали Билла Галлея мало приятным человеком. Но выбора не было, и для переезда в несколько дней с этим можно было примириться».