— Берись за весло и греби, влюбленный дурак! — прорычал майор. — А ты берись за руль, тряпка! Айртон, по крайней мере, не отправит нас в котел и не высушит наши головы! Ему нужны деньги — значит, сможем договориться! Греби! А ты рули! Живо!

Леди Элен смотрела на Мак-Наббса странным взглядом. Пожалуй, его можно было назвать восхищенным.

Выполнить резкие приказы майора (либо возмущенно отказаться выполнять) никто не успел.

— Остин! Том Остин! — прокричал Роберт Грант; выпавшей из рук Гленарвана подзорной трубой завладел сейчас он. — Остин на борту, я вижу его! Он узнал нас, он машет шляпой! И боцман Дуглас там, у пушки! Стреляй, Дуглас, стреляй! Вмажь татуированным обезьянам! Утопи людоедов!

Боцман Дуглас, исполнявший на «Дункане» обязанности канонира, никак не мог услышать и разобрать слова Роберта. Но словно бы услышал и принял к исполнению: грохнула пушка, над головами беглецов со свистом пронеслось ядро. Легло оно с большим перелетом, но маори всё поняли правильно и немедленно дали задний ход, благо их пироги устроены так, что в развороте не нуждаются: достаточно перенести весло кормщика на нос, и тот становится кормой.

Впрочем, дикари уже почти никого не интересовали. Все бросили грести. Мистер Олбинет что-то неслышно бормотал себе под нос, Паганель широко улыбался с необычайно довольным видом. К майору Мак-Наббсу вернулась его привычная холодная невозмутимость, он сидел и массировал отбитый кулак. Элен смотрела на него прежним странным взглядом. Джон Манглс, никого не стесняясь, обнимал коленопреклоненную Мэри.

Лишь Роберт Грант не потерял интерес к дикарям, глядел вслед удаляющимся пирогам и требовал от Дугласа поддать жару. Но пушка молчала.

* * *

Прежде чем шагнуть на штормтрап, Мак-Наббс посмотрел на опухающую скулу Джона Манглса и произнес:

— Я не извиняюсь, капитан. Второй раз я помешал вам совершить гибельную глупость, и, если бы того требовали обстоятельства, сделал бы это револьверной пулей.

Джон помолчал. Осторожно прикоснулся к скуле, затем к предплечью, которому досталось от весла Мак-Наббса. И сказал всего три слова:

— Спасибо, господин майор.

2. Доклад Тома Остина и совещание в каюте номер шесть

Географ бегал по палубе, бурно жестикулировал, затем споткнулся о бухту троса, упал возле самой пушки... Раздался оглушительный грохот. Град картечи взбороздил спокойные воды океана.