После этого следующие полтора года Генрих сохранял полную боеготовность. Он послал на континент шпионов, которые должны были собирать информацию об Уорбеке и мятежниках, а также попытался внедрить в его окружение двойных агентов. Все английские порты были под постоянным наблюдением. Генрих использовал средства пропаганды, чтобы и внутри страны, и за границей опровергнуть заявления самозванца, будто он является членом королевской семьи. Также король ввел эмбарго на торговлю с Нидерландами. В ноябре 1494 года юный принц Генрих стал герцогом Йоркским. Это тоже было частью стратегии короля по подрыву плана Уорбека — место самозванца занял законный принц.

Но пожалование принцу Генриху титула герцога Йоркского не положило конец планам Уорбека. Скорее, опасность подкралась еще ближе к короне. В конце 1494 года агентам Генриха удалось «отвратить» сэра Роберта Клиффорда от самозванца и выудить из него массу информации. Самым главным открытием стало то, что человек, предположительно сочувствовавший йоркистам, находился в самом сердце королевского двора и семьи. Им оказался сэр Уильям Стэнли, камергер Генриха и его дядя, герой битвы при Босворте и брат «делателя королей» Томаса, графа Дерби. Якобы кто-то слышал, как он говорил об Уорбеке, что «никогда не поднимет оружие против этого юноши, если будет знать наверняка, что он действительно сын Эдуарда»[503]. Если даже самые знатные и могущественные англичане готовы были поверить, что Ричард жив и может вернуться, чтобы заявить права на трон, то Генрих никак не мог позволить себе относиться к Уорбеку несерьезно.

Донесение о сомнениях Стэнли стало для Генриха VII тяжелым ударом, но он тут же с этим разобрался. Несмотря на риск настроить против себя графа Дерби, 30 и 31 января 1495 года в Вестминстер-холле король отдал сэра Уильяма под суд. Стэнли обвинили в «преступлении, караемом смертью, и казнили» отрубанием головы 16 февраля. Одновременно были предприняты усиленные меры защиты: в Ирландию был отправлен сэр Эдвард Пойнингс, уполномоченный утвердить там королевскую власть и порядок. В Англии же 3 июля береговая охрана смогла предотвратить попытку неприятеля высадиться в кентском городе Дил.

Но Уорбек все еще оставался на свободе. После неудачного вторжения в Кент он, минуя враждебную теперь Ирландию, прибыл в Шотландское королевство, надеясь заручиться поддержкой Якова IV. «Местные жители, обманутые его намеками и выдумками, поверили, что он — [Ричард IV], и упорно поддерживали его», — писал Андре[504]. В действительности он вновь стал орудием в руках знатных лордов, настроенных против Англии, и опять потерпел неудачу. Яков IV признал его «английским принцем Ричардом», предоставил ему убежище, людей, щедро оплатил его расходы на одежду, слуг и лошадей, а также нашел ему жену-аристократку — леди Кэтрин Гордон, дочь графа и дальнего родственника короля[505]. В сентябре 1496 года шотландцы от имени Уорбека вторглись на север Англии, грабя и сжигая несчастные приграничные деревни. Но вид знамени самозванца не вызвал у англичан ничего, кроме безразличия, и почти сразу же после вторжения Яков и будущий «принц» поспешно отступили назад, так ничего и не добившись.