Гришин был прав. Отвечать на вопросы не входило в обязанности гостя, тем более что желание осматривать архив выборочно не нарушало договорённости.

— Хорошо. Вы получите папки под номерами 4, 5,— вынужден был согласиться Илья. — Но прежде, чем я передам их вам, мне бы хотелось задать вопрос.

— Задавайте.

— Откуда известно, что папки пронумерованы? Вы ведь никогда не видели архива.

Улыбка, с какой Гришин встретил вопрос, не столько не понравилась Богданову, сколько насторожила.

— Ответ будет зависеть от того, в каком виде продолжится сотрудничество.

— Даже так?

— И никак иначе.

Затребованных папок оказалось двенадцать.

Хозяин дома ожидал, что Гришин начнёт просматривать с первых страниц. Прикидывая, сколько займёт это время, Богданов был крайне удручён: «Часа четыре уйдёт. Не меньше».

Опасения оказались напрасными. Полковника интересовали страницы, что были обозначены в блокноте. Сравнивая записи, тот, сделав пометки, начинал листать дальше.

На осмотр первой папки ушло двадцать две минуты.

Несколько меньше — на второую.

Находясь в непосредственной близости от стола, Илья, наблюдая за действиями полковника, думал об одном: «Кто мог проинструктировать Гришина, если доступ к архиву имел только отец?»

На исходе второго часа Гришин, вытянув вверх руки, издал протяжный, похожий на возглас облегчения стон.

— Всё! Ознакомление закончено.

Глянув на восторженное лицо гостя, Богданову ничего не оставалось, как задать интересующий их обоих вопрос:

— И каков вывод?

— Выводы будет делать специалист, что помог мне подготовиться к знакомству с архивом.

— Специалист? — от неожиданности Илья ощутил слабость в ногах, причём такую, что пришлось схватиться за край стола. — Кто такой? И откуда человеку этому известно про архив?