— Дожидается? Вы знали, что я соглашусь сотрудничать?
— Разумеется. Рисковать жизнью близких людей ради каких-то там бумажек — не ваш удел. К тому же умирать в возрасте, когда жизнь только — только начинает приносить плоды. Согласитесь, не лучший выход из положения?
— Ну, вы и фрукт?!
Илья хотел было произнести нечто более обидное, но, не увидев в глазах Гришина ничего, кроме желания продолжать разговор, предпочёл не трепать зря нервы.
Поднявшись, развернулся к помощнику полковника спиной, давая понять, что пришло время снять наручники.
Дождавшись команды Гришина, тот, вставив ключ, щёлкнул замком.
И тут произошло то, чего не ожидал никто и в первую очередь сам охранник. Почувствовав, что руки обрели способность двигаться, Богданов, развернувшись, нанёс тому такой силы удар в челюсть, что верзила, взмахнув руками, отлетел к креслу, где, завалившись на спину, замер без движения.
— На сдачу, — произнёс Илья, глянув Гришину в глаза. — Об остальном можете не беспокоиться. Богдановы, как и вы, привыкли отвечать за слова и уж тем более платить по счетам.
Из отеля выходили парами.
Первыми номер покинули охранник Гришина и Элизабет. Правда, полковнику пришлось потратить время на профилактическую беседу с помощником, чтобы тот не вздумал сводить с Богдановым счёты. После чего, сняв с француженки наручники, подал знак, и Григорий, взяв Элизабет под руку, подтолкнул ту к выходу.
Спустя минуту номер покинули Богданов с Гришиным.
Мерседес был припаркован на стоянке для автомобилей руководства отеля.
Григорий и Элизабет к тому времени успели расположиться на заднем сиденье. Илья, увидев, понял, что его место рядом с водителем.
Подойдя к автомобилю, он хотел было направиться к правой стороне, но, не проделав и двух шагов, остановился.
Окрик Гришина: — Илья Николаевич, вы куда? — заставил, развернувшись, уставиться на полковника с немым вопросом на устах.
На что тот, открыв дверцу водителя, произнёс:
— Сегодня ваша очередь вести автомобиль.
— С чего бы это? — удивился Богданов.
— С того, что руки ваши должны быть на виду.