— Я, за нос? С какой стати?

— С такой, что с вами, полковник, надо держать ухо востро. Я повторяю своё требование — предоставьте мне возможностьувидеться с матерью.

По тому, как побагровело лицо Гришина, стало ясно, что тот ожидал чего угодно, но не встречных условий. Опять же интонация Богданова, его решимость говорили о том, что противник настроен так, что переубедить будет крайне сложно.

— Хорошо, — после нескольких секунд раздумий произнёс Гришин. — Я предоставлю вам эту возможность, но предупреждаю, впредь никаких условий. А то получается игра в одни ворота, вы наступаете, я иду на поводу.

— Так и есть. Если учесть, что до того, как матчу начаться, соперника сначала вырубили, затем объявили, что родные его находятся в заложниках, на десерт заставили делать то, чего он не собирался делать вообще.

Оставив Элизабет под присмотром Григория, Илья и Гришин направились в сторону кабинета.

Для того, чтобы пройти к нему, необходимо было миновать гостиную и небольшой коридор.

Десятки раз в день Богданов проделывал этот путь, но ни разу не волновался так, как волновался сейчас. Сердце то сжималось, то расслаблялось. При мысли, что мать может не выдержать переживаний, начинало трепетать так, будто под рубашкой были спрятаны часы. И только когда увидел прорывающуюся из-под двери полоску света, отлегло.

Оттеснив Илью плечом, Гришин вошёл первым.

Сидящий в кресле охранник встал и, вытянувшись во фронт, произнёс: «Товарищ полковник! За время вашего отсутствия ничего существенного не произошло. Женщины в порядке. Ведут себя положительно. Просьбы выполняются без промедления».

— Ты ещё, служу Отечеству, проори, — остудил пыл подчинённого Гришин.

Представшая взору Богданова картина вторглось в сознание опасением, жива ли.

И только когда стало ясно, что мать спит, Илья, успокоившись, обратил взор в сторону тётушки

— Приняла снотворного, — запричитала та. — А то уснуть не могла, всё переживала, как ты да где ты?

Выслушав, Богданов погладил тётушку по плечу.

— Передать ничего не наказывала?

— Наказывала. Чтобы ты не забыл про данное отцу слово.

В памяти Ильи пролетели последние мгновения его разговора с отцом. Никого, кроме их двоих, в кабинете не было.

— Откуда знает?