– Он иногда заходит пообедать, любит нашу стряпню, – горделиво произнес Фелипе. – Я пошлю за вами, когда он появится.

– Мы не можем ждать, отыщи его для нас прямо сейчас.

– Хорхе появляется у нас нечасто, в последний раз я видел его перед тем, как пропал Гуга.

– Вот почему ты не спросил его, где отыскать сына? Столь опасный и влиятельный человек наверняка бы сумел помочь.

– Я спросил, но он не знал, – ответил Фелипе.

– Постой, постой, – вмешался Сантьяго, – что-то тут не складывается. Если ты в последний раз видел Хорхе перед пропажей Гуги, разумеется, что он не знал, где искать твоего сына! Ведь к тому времени его еще не украли.

Фелипе покраснел. Вранье явно давалось ему с трудом.

– Ну, – еле выговорил он, – я послал ему записку.

– Врешь, – холодно отмел его объяснение Педро. – Ты же неграмотный, не умеешь ни написать записку, ни прочитать ответ.

– Откуда вы знаете? – вскричал Фелипе.

– Тебе нужны доказательства? – усмехнулся Педро. – Неси перо и бумагу!

– Меня другое интересует, – остановил его Сантьяго. – Если ты, – он дружески положил руку на плечо Фелипе, – посылал записку Хорхе или сносился с ним каким-то иным образом, следовательно, тебе известно, где можно его отыскать.

– Ох, – тяжело вздохнул Фелипе, – видит Бог, я сделал все, чтобы удержать вас, но коль вы так упорно лезете навстречу опасности, я пошлю за ним.

– Отлично! – хлопнул его по плечу Педро. – А мы пока пообедаем в твоей таверне.

– И не за счет заведения, – добавил Сантьяго.

– Вот что я скажу. – Фелипе запустил пятерню в проем рубахи и с явным наслаждением почесал волосатую грудь. – Во время нашей последней встречи Хорхе расспрашивал меня про одну вещицу. Видите ли, у меня много разного оседает: посетители отдают ценности в залог и не выкупают или расплачиваются не деньгами, а вещами. Я этого не люблю, но иногда приходится, работа такая. В общем, поневоле я нечто среднее между хозяином таверны и старьевщиком. Пойдемте, покажу вам кое-что интересное.

Он зашел за стойку, отодвинул занавеску и, указав на открывшийся проход, сделал приглашающий жест. Друзья не заставили себя ждать и оказались в большой, уставленной шкафами и полками комнате. На полках и в шкафах стояли бутылки разных размеров и цветов, шкатулки, книги, лежали мечи и всякая всячина, которую хозяин таверны взимал вместо платы с незадачливых посетителей.

– Вот поглядите, – Фелипе снял с полки потрепанную книгу в черном, изрядно потертом переплете. – Один кабальеро заложил. Отобрал у какого-то еврея во время погрома в Сарагосе. Утверждал, ха-ха, будто очень ценная, но отдал за кувшин вина, – он зычно расхохотался. – Эти кавалеристы… Язык у них болтается не хуже лошадиных хвостов! Взгляните, ученые сеньоры из Навигацкого, я в этих буковках ничего не понимаю.