- Я должен увидеть тебя, Шафран.”

Она так старалась сопротивляться. А потом она подумала: "Почему? Почему я должна отказывать себе? Герхард, наверное, мертв. Если Дэнни женат, это его обязанность. Почему я должна быть так чертовски одинока все время?

“Я смогу выйти в половине девятого, - сказала она.

“Я буду там, снаружи.”

- Нет, не надо, люди нас увидят. Слушай, я поеду на автобусе с работы в Найтсбридж. Встретимся у Скотч-Хауса. Это на углу, напротив конца Слоун-стрит. Ты не сможешь пропустить его.”

“Я знаю.- Он улыбнулся. “Я купил маме клетчатый тартан.”

- Я постараюсь успеть к девяти. Но я не могу гарантировать, что приду вовремя.”

“Я подожду.”

Было почти без четверти десять, когда Дэнни увидел, как Шафран выходит из автобуса. Он стоял, прислонившись к дверному косяку, в тени, так что, оглядываясь по сторонам, она не могла его видеть. Он видел, как она колеблется, видел, как опускаются ее плечи, когда она думает, что его нет рядом.

Затем он вышел на тротуар. Ее лицо просветлело, все тело, казалось, выпрямилось, а потом она побежала к нему, и выражение ее лица было ликующим. Но было и отчаяние. Он раскрыл объятия, чтобы обхватить ее, и она бросилась в них. Она прижалась головой к его плечу, не глядя на него, обняла его за талию и крепко, почти яростно прижала их тела друг к другу.