Ленин, признав в 1917 г., что допустил ошибку, защищая Малиновского, заявил тем не менее, что Малиновский своей работой принес большевикам огромную пользу; зато когда после революции Малиновский опрометчиво явился к большевикам и попробовал уверить их, что он преданный член партии, которого грубым шантажом заставили работать на охранку, те, недолго думая, расстреляли его. А вот какой итог делу Малиновского подвел бывший товарищ министра внутренних дел Джунковский: «Думаю, что Д-у полиции от него было пользы немного, вернее, он отвлекал внимание Белецкого от серьезных дел».

По поводу же собственной причастности к делу Джунковский утверждал, что знай он во время выборов в Думу осенью 1912 г., когда был губернатором Москвы, о незаконном выдвижении Малиновского в кандидаты — не допустил бы его избрания. На вопрос, почему он не привлек Белецкого к суду, как только узнал, что тот совершил преступление, проведя Малиновского в Думу, Джунковский дал вполне правдоподобное объяснение: «Просто не хотелось скандала».

Как бы то ни было, возмущение Джунковского в отношении махинаций с Малиновским вполне согласуется с его попытками ограничить чрезмерное и противозаконное использование осведомителей и провокаторов. Более того, если у них с Белецким действительно возник серьезный конфликт из-за ухода Малиновского, возможно, Джунковский тем самым дал в руки Белецкому еще один козырь против себя, который впоследствии будет пущен в ход, — еще один, помимо их предполагаемых разногласий о сокращении численности сотрудников охранки.

IV

Дело в том, что ко времени выхода Малиновского в отставку Джунковскому удалось настолько сократить штат секретных агентов, что, по его расчетам, в бюджете Департамента полиции на 1914 г. должно было высвободиться 500 тыс. руб. Основную часть этой суммы сэкономили за счет упразднения охранных отделений, но, кроме того, он, к примеру, снял часть охраны на Фонтанке, 16, и оставил лишь 50 из 100 человек, охранявших мать Николая II, вдовствующую императрицу Марию Федоровну. Он потребовал также от своих подчиненных, чтобы они заранее получали разрешение на все операции, требующие значительных затрат.

В своих воспоминаниях Джунковский сообщает, что к тому времени, как он стал курировать полицию, бюджет был непомерно раздут и фонды, выделенные правительством Министерству внутренних дел на тайную полицию в 1913 г., превышали 5 млн руб., из них 1,5 млн поступило из 10-миллионного секретного фонда. Вдобавок много средств расходовалось вне бюджета Министерства внутренних дел, например Министерство юстиции выплачивало жалованье шестерым охранникам своего министра; да и в самом Министерстве внутренних дел расходы производились официально как бы не из бюджета тайной полиции, однако были направлены в основном именно на ее нужды — скажем, ассигнование 208 тыс. руб. на укрепление жандармерии в губерниях.