II

Любое стечение публики рано или поздно привлекало внимание полиции. Судя по мемуарам А.В. Герасимова, Петербургское охранное отделение заинтересовалось квартирой Распутина в конце 1908 г. Мысль проследить за «старцем» подал дворцовый комендант В.А. Дедюлин. Он выразил опасение, что под личиной «божьего человека» скрывается террорист, подбирающийся к царю. Герасимов установил наружное наблюдение за Распутиным и вскоре доложил о результатах Столыпину.

По некоторым сведениям, министр лояльно относился к проповедям «старца» и даже просил того помолиться за дочь, раненную при взрыве на Аптекарском острове. Распутин сетовал, что министр сначала был его «лучшим другом», а потом превратился во врага. Напротив, Герасимов утверждал, что до его доклада Столыпин не имел ни малейшего представления о существовании Распутина — факт более чем сомнительный. Товарищ министра П.Г. Курлов вспоминал, как однажды Столыпин принял «старца» в своем кабинете. После его ухода министр задумчиво сказал Курлову: «А нам все-таки придется с ним повозиться».

Департамент полиции подобрал материалы о порочном поведении Распутина, и министр доложил об этом на аудиенции в Царском Селе. Доклад Столыпина явился первым из серии докладов, представленных различными должностными лицами и одинаково отвергнутых императором. Когда дочь Столыпина спросила его о «старце», он сказал с глубокой печалью в голосе: «Ничего сделать нельзя. Я каждый раз, как к этому представляется случай, предостерегаю государя. Но вот что он мне недавно ответил: “Я с вами согласен, Петр Аркадьевич, но пусть будет лучше десять Распутиных, чем одна истерика императрицы”».

Столыпин пытался действовать на собственный страх и риск, отдав приказ задержать «старца» и выслать его из столицы. Операцию предполагалось провести в полнейшей тайне, однако служащие охранного отделения оказались не на высоте. Распутин сумел ускользнуть от их преследования и несколько недель скрывался во дворцах своих высокопоставленных поклонников, куда полиция не имела доступа. Затем «старец» выехал на родину. Столыпину удалось временно нейтрализовать распутинское влияние, но о полном успехе не могло быть речи. Ближайший помощник премьер-министра говорил ему: «…вы сильный, талантливый человек, вы многое можете сделать, но предостерегаю вас, не боритесь с Распутиным и его приятелями, на этом вы сломаетесь».

В конце августа 1911 г. Распутин заехал в Нижний Новгород и предложил тамошнему губернатору А.Н. Хвостову пост министра внутренних дел. Реакция губернатора была незамедлительной: «…я, во-первых, приказал полицмейстеру Ушакову, человеку очень внушительного вида и решительному, посадить Распутина в вагон поезда, отходящего на Петроград, а во-вторых, на прощание сказал Распутину, что если бы царю я понадобился, так он сам бы сделал мне это предложение, вызвав меня к себе или подняв вопрос об этом при последнем моем личном докладе, а что рассматривать его, Распутина, как генерал-адъютанта, посланного мне царем с таким поручением, я не могу».