Капитан-араб как ошпаренный вскочил на ноги и стал неуверенно озираться. Он давно уже жалел о том, что не избавился от англичанина раньше и не удрал подальше от этих недобрых болот, и вот теперь его самые дурные предчувствия оправдывались. И раз уж от него никак не отвяжешься, оставалось только одно. Он поднял ружье, прижал приклад к плечу и навел ствол на стоящего в долбленке O’Флинна. Раздался выстрел, из ствола вырвалась длинная, серая струя порохового дыма, и заряд картечи поднял с водной поверхности позади лодочки фонтан брызг. Раскатистое эхо выстрела утонуло в грохоте винтовки O’Флинна. Он выстрелил, продолжая держать в зубах свою трубочку, и от силы отдачи узенькая долбленка опасно закачалась.

Тяжелая пуля отбросила тщедушное тело араба назад, широкий балахон его всколыхнулся, как листок старой газеты, тюрбан слетел с головы, размотался в воздухе, тело перекинулось через борт и, подняв целый столб брызг, упало в воду. Поддерживаемый на поверхности образовавшимся под одеждой воздушным пузырем, он поплыл лицом вниз, ленивое течение подхватило его, унося все дальше. Ошарашенная команда молча стояла у борта, наблюдая, как уплывает от них капитан.

Делая вид, что он уже забыл об изящно исполненной экзекуции, словно этого никогда и не было, O’Флинн поднял голову к Себастьяну.

– Вы опоздали на неделю! – проорал он. – Пока вас не было, я не мог тут, черт меня побери, и пальцем пошевелить. Теперь поднять флаг и за работу!

4

Формальную аннексию острова Флинн O’Флинн провел на следующее утро, в условиях относительной прохлады. Ему пришлось потратить не один час, чтобы убедить Себастьяна в насущной необходимости оккупировать остров для британской короны, и ему удалось это, только когда он назначил Себастьяна на роль одного из строителей империи. При этом он провел весьма лестные параллели, сравнив Себастьяна Олдсмита Ливерпульского с самим Клайвом Индийским[18].

Теперь надо было придумать название острова. Проблема! Она сразу всколыхнула некоторую неприязнь, всегда существующую между англичанами и американцами: Флинн O’Флинн стал напористо проталкивать «Нью-Бостон». Себастьян в ужасе схватился за голову – в душе его немедленно вспыхнуло жаркое пламя любви к отечеству.

– Стоп-стоп, придержи коней, старина, – запротестовал он.

– Что тебе тут не нравится? Нет, ты скажи честно, что тебе тут не нравится!

– А то, что, прежде всего, остров должен принадлежать ее величеству королеве Британии, понял?

– Нью-Бостон, – повторил O’Флинн. – Это звучит красиво. Очень красиво.

Себастьян неуверенно поежился.