– Сержант! Где тебя, черт побери, носит?!

С невероятной для такого толстяка скоростью герр Флейшер помчался по длинной веранде. Уже целых три года, с тех пор как он прибыл в Махенге, одного только звука имени Флинна O’Флинна было достаточно, чтобы напрочь отбить у него аппетит и привести в состояние, близкое к эпилептическому припадку.

Из-за угла веранды показался сержант из контингента аскари[20], и герр Флейшер успел вовремя притормозить, чтобы не сбить его с ног.

– Боевая тревога! – снова взревел комиссар. Не в силах сдержать охватившее его смятение, он пустил изо рта облако мелких капель слюны. – Ударный отряд, двадцать человек. С полной выкладкой. Сто фунтов боезапаса. Выступаем через час.

Сержант отдал честь и, согнувшись пополам, помчался через тренировочный плац. Через минуту звуки горна возвестили боевую тревогу.

Не сразу черные клубы ярости в сознании Германа Флейшера рассеялись и к нему вернулся трезвый рассудок. Он стоял, сгорбившись и опустив плечи, тяжело дышал через рот и мысленно переваривал весь смысл донесения Калани.

Это уже не просто очередная бандитская вылазка неуловимого O’Флинна через Рувуму из Мозамбика. На этот раз он организовал полномасштабную экспедицию, нагло провел свое судно в дельту реки Руфиджи и водрузил там британский флаг. К горлу герра Флейшера подступила тошнота, никак не связанная с обилием съеденной копченой свинины. Он с первого взгляда увидел причины и понял последствия этого международного инцидента.

Этот инцидент, возможно, станет стимулом к пробуждению отечества и выведет его на дорогу исполнения своего истинного предназначения. Флейшер возбужденно сглотнул слюну. Ишь, взяли моду хлестать своим ненавистным флагом в лицо самому кайзеру. Нет, здесь и сейчас творится история, и он, Герман Флейшер, стоит в самом центре событий.

Охваченный легким трепетом, он поспешил в свой кабинет и принялся набрасывать черновик доклада губернатору Шее, доклада, в результате которого мир может погрузиться в пучину свирепых, разрушительных войн, но из них немецкий народ выйдет победителем и станет править всем миром.

Уже через час верхом на белом ослике, надвинув на лоб форменную шляпу, чтобы солнце не било в глаза, Флейшер выехал за пределы своей резиденции. За ним бодро шагали его черные солдаты-аскари с винтовками на плечах. Красивые в своих военных фуражках-таблетках с падающим сзади на плечи защитным клапаном из ткани, в отглаженной униформе цвета хаки, в аккуратных, закрывающих щиколотки обмотках, они шагали в ногу, и все это представляло собой прекрасное зрелище, вид которого радовал бы душу любого командира.