В то время Данте пользовался огромной популярностью. Этот великий человек умер 110 лет назад, и во Флоренции его считали литературным полубогом. Его могила находилась в Равенне, где он обосновался после того, как его изгнали из родного города в период войн между черными и белыми гвельфами[907]. Однако разбор произведений Данте, в особенности его «Божественной комедии», был излюбленным занятием флорентийских интеллектуалов. Эта поэма, написанная танцующими, переплетающимися терцинами[908] на итальянском вместо размеренной латыни, не только живо изображала ад, чистилище и рай, но и содержала массу любопытных очерков и сплетен о самых известных деятелях древней и новой истории, приговоренных пером поэта к адским мукам или вознесенных им же к вечному блаженству. Именно это придавало «Божественной комедии» и любым рассуждениям о ней современный и злободневный характер и закладывало в нее немалый подрывной потенциал. Родственники и потомки многих из тех, кого вывел в своем произведении Данте, активно участвовали в жизни флорентийского высшего общества, и поэма непосредственно касалась их представлений о самих себе, их взглядов на жизнь и их междоусобиц. Обсуждая Данте, можно было превознести, кольнуть или открыто очернить многих знаменитых флорентийцев. По этой причине выступления в знаменитом городском соборе о Данте известного и острого на язык литературоведа имели большое значение.

В декабре 1431 г. Филельфо не просто высказал свое мнение о произведении Данте – он воспользовался случаем, чтобы бросить тень на могущественную городскую фракцию, во главе которой стоял 52-летний банкир Козимо Медичи. Переняв управление банком Медичи от своего отца одиннадцатью годами ранее, Козимо стал одним из самых богатых и влиятельных людей во Флоренции. Он активно участвовал в подготовке и финансировании войн с соседними городами-государствами Луккой и Миланом. Свои дела он вел с интуитивной проницательностью, а политическими процессами предпочитал управлять, оставаясь в тени. Однако многие не любили его, особенно консервативная олигархическая фракция, во главе которой стояли другой исключительно богатый флорентиец Ринальдо дельи Альбицци и один из покровителей Филельфо, Палла Строцци. Во время своей лекции в соборе Филельфо ясно показал, на чьей он стороне. Он окольным путем дал понять, что Медичи «невежественны», что они завидуют ему и что они ровно ничего не знают о Данте. Он обвинил их в том, что ранее они подвергали его травле и преследованиям, а в текущем учебном году пытались лишить его права преподавать в университете[909]. Это было прямое приглашение к драке. И Филельфо еще не раз припомнили его слова.