Очень часто люди не возвращались в лагерь. На каждой утренней перекличке недосчитывались сотен воинов. Митридат был уверен, что половина просто дезертирует, но лагерь, похоже, был окружен невидимыми врагами, которые могли безнаказанно поймать и убить каждого беглеца. Некоторых часовых находили с ранами от стрел, причем наконечники аккуратно вырезали из плоти, чтобы использовать снова. Казалось, совершенно не имеет значения, сколько человек одновременно стоит на посту или где они расположились: с каждым днем людей в лагерь возвращалось все меньше.

Царь пристально смотрел в сырой туман, обжигавший легкие зимним холодом. Некоторые из его людей верили, что на них нападают души воинов, павших в былых битвах, – седобородых древних воителей, которые появляются лишь на миг, чтобы тут же беззвучно исчезнуть. Всегда беззвучно.

Митридат принялся расхаживать вдоль шеренги своих солдат. Изможденные, как и их царь, они все же держали оружие крепко и стояли наготове, дожидаясь, пока туман рассеется. Он старался улыбаться, чтобы поднять дух воинов, но это давалось с трудом. Бессилие в борьбе с врагом, неделю за неделей отнимающим все новых товарищей, затронуло сердца слишком многих из них. Царь снова поежился и проклял белый туман, который замер над палатками, в то время как весь остальной мир давно проснулся. Временами он думал, что если найти лошадь и ускакать отсюда, то можно увидеть залитый солнцем мир и посреди – объятую сумерками долину.

Между палатками лежало неподвижное тело. Царь остановился и посмотрел на него, разгневанный и возмущенный тем, что молодого воина не похоронили. Этот факт говорил даже больше, чем равнодушные взгляды людей, о том, насколько все изменилось с того дня, когда они впервые спустились с холмов и вкусили сладость победы над Римом. Как же он ненавидит это название!..

Возможно, ему следовало увести отсюда свою армию, но всякий раз останавливала мысль: вдруг враг только и ждет, чтобы он вышел на равнины? Где-то здесь прячется легион римлян во главе с командиром, подобного которому Митридат никогда не встречал. Кажется, он намерен разбить его войско по частям. Внезапно прилетевшие стрелы поражают любого, кто носит офицерский шлем или держит в руке штандарт. Доходит до того, что люди отказываются носить знамена и предпочитают порку, не желая навлекать на себя верную гибель.

Невыносимо было видеть, как быстро падает некогда высокий боевой дух. Царь приказал часовым убивать всех, кто пытается дезертировать, но в ту же ночь из лагеря исчезло еще больше воинов, и он даже не знал, погибли они или сбежали. Временами от людей оставалась лишь кучка доспехов, словно сброшенных вместе с честью, но иногда встречались панцири, забрызганные кровью.