– Попроси на выходе.

– Благодарю, я доложу о вашем согласии совету.

Софокльз вышел, а Никий с Антипатросом вошли в комнату, где Элисса уже взяла в руку несколько вещей, но поиски не прекращала.

– Я переночую в том доме. – накидывая гиматий, уведомил мужчина сына.

– Не получится.

– Почему? Ты хочешь, чтобы я спал с тобой? – заботливо спросил Никий, тоном более нежным, чем он говорил после первых минут приезда, которые застала Элисса.

– Этот дом теперь принадлежит Элиссе, и тебе придётся спать здесь. – скрыв неуверенность за пересказом фактов, ответил Антипатрос.

– Это и лучше. – похлопывая сына по плечу, чтобы тот сел, улыбаясь, обрадовался Никий. – Элисса, ты нашла ещё не все вещи?

– Он был тут… нет, нашла. – девушка выпрямилась и подошла к столу, за которым сидели отец и сын. – Была рада с вами познакомиться. До свидания.

Подойдя к дверям, она развернулась и добавила:

– Пока, Антипатрос.

Это затронуло память мужчины и долго проносилась его в мыслях.

Элисса выбросила вещи Антипатроса на пол своего дома и, за неимением в нём дел ушла в гончарную мастерскую, где наблюдала за работой Олиссеуса, пока Мелисса не вошла в неё и не удивилась тому, что девушка вошла не через госпиталь, и пригласила их на обед, после которого Элисса ушла домой.

«Уезжает единственное развлечение. Ведь Никий не может потратить несколько дней в пути только для того, чтобы сказать сыну о том, что он уезжает в Спарту… В доме ничего не было, и тот мужчина мог быть и не Вячеславом Владимировичем, так что если Антипатрос и уедет с ними, а это если считать и путь обратно, то займёт их на недели две, а ещё и переговоры около недели, значит вернётся он через месяц. Тогда начнём поиски. Сначала поедем в Платеи. »– распинывая камни по ровному слою вытоптанной земли, рассуждала с собой Элисса.

«Вообще-то на хороших конях, а я не сомневаюсь, что у Никий они самые лучшие, доедут они примерно за 14 часов. И если выедут в восемь, то к концу дня будут в полисе.»

Подходя к дому, Элисса заметила горевший в его окнах свет и от испуга остановилась. Первым в мыслях она услышала предположение о том, что мог вернуться прошлый хозяин дома, но это мог быть и грабитель…

«То есть она не рассчитывает то, что дом её не самый крайний в деревне, и если бы в поселение кто-то и вошёл, то ограбил бы дом, окрестности которого не мешали бы ему скрыться незаметным; и то, что во все дома в деревне двери не запираются, хотя некоторые имеют для этого несложные железные механизмы?»

… После она решила переночевать в госпитале, но мысль, навевавшая ответственность за собственность, а более ценным, чем ноутбук, Элисса не владела, остановила её, и, решив в случае опасности кричать, направилась к дому. А после ей пришла идея, что если придётся столкнуться с преступником, то она сможет, плача, заявить о своей тревоге Антипатросу, отчего понадеялась пробудить в нём «инстинкт защитника», как формулируют это чувство журналы о психологии и управлении любовью.