Но несмотря на различный подход к делу, покупатели с предлагающими им товар вели себя более одинаково. Хотя из-за шума, в достатке производившемся девушкой и теми, кто пытался привлечь внимание не входя из-за столов, Элисса не могла незаметно подслушать разговоры, совершавшиеся во время сделок, так как каждый раз, когда она значительно близко подходила к столам, рабы, стоявшие за хозяином, или продавцы отгоняли её, но всё же отрывки разговоров, которые она услышала, в которых даже невозможно было понять предыдущих слов, её заинтересовали. Все они сводились в одно умозаключение- класс, который занимали все покупатели, был выше, чем тот, к которому принадлежали все продавцы.

Чувствуя себя взволнованно, что усложнялось не только от того, что Элисса была единственным представителем женского пола на рынке, ну или по крайней мере той части, которую она видела, но и потому, что проходившие между столами так же признавали её как продавца и относились с пренебрежением, девушка решила поскорей пройти ряды, в которых её голос мог доноситься до Олиссеуса, к счастью, таких было всего три, и, замолчав, притворилась покупателем, привела себя в надменный вид, после чего первым посетила столы с одеждой.

Как догадалась Элисса, девушкам на рынке не было места. В первых лавках, где она захотела примерить хитон, ей отказывали, ссылаясь на то, что все представленные товары предназначались для мужчин. К концу стола, где продавцы не слышали её первичные просьбы, девушка ошибку свою исправила и, остановившись у более загруженного товаром продавца, занялась подбором хитона, взглядом примеряя его на себя. Мужчина, стоявший за столом, хотя и заметил девушку, продолжил разговаривать с соседом. Элиссе же его поведение стало интересно и она подслушала небольшую часть их разговора, в котором торговец, у лавки которого она остановилась, мужчина, на вид которому можно было дать лет не многим больше, чем Антипатросу, хотя имевшему более грубые черты, как, к примеру, ссадины на лице и ногах, в углах покрасневшие (но не от слёз) белки глаз, спрашивал у соседа, сколько бы тот мог заплатить за его мастерскую, купил ли он её и о том, могла ли свершиться сделка в ближайшие месяцы. Элисса стояла долго и внимание на неё обратил уже соседний продавец, который отвлёкся от своего ответа и спросил у девушки о том, сделала ли она выбор. Молодой человек отошёл от собеседника и с видом, в котором Элисса явно рассмотрела его нетерпение вернуться к разговору, остановился перед ней. Но повседневные заботы эллинов Элиссу не интересовали, она указала на выбранный хитон, услышав цену, долго высчитывала монеты, чему её вчера выучила Мелисса и, оплатив одежду, которую тут же нашла в собственных руках, удалилась ещё дальше от арки керамики.