– Значит так: ты сидишь тут, размышляешь над своей судьбой и ждешь моего возвращения. Догадываюсь, что твои крики никто не услышит, поэтому можешь не сдерживаться. Сначала думал оставить тебе что-нибудь, чтобы ты попытался перерезать ремни и освободился, но опасаюсь, как бы ты не поранился, – говоря это, Эрни обошел вокруг Шаруха, поверяя, надежно ли он связан. Потом склонил свою голову к его правому уху и добавил: – О тебе, мой друг, забочусь…

После этого похлопал его дружески по плечу и направился к выходу.

– Ты куда-то уходишь?

– У меня дела. Не скучай!

Эрни покинул сцену и вскоре скрылся с глаз жертвы. Шарух некоторое время прислушивался к его удаляющимся шагам, понимая, что ему остается только ждать.

Вернувшись в апартаменты друга, Эрни снял с себя балахон, швырнув его на диван, надел свою куртку и поспешил обратно. Вновь приблизившись к сцене со связанной жертвой, остановился, насмешливо взглянув на нее. Шарух молчал, теряясь в догадках. Его глаза беспокойно бегали по сторонам.

– Не понимаешь, что я задумал? Я объясню. У меня есть кое-какие дела. Если бы ты не был эгоистом, зацикленным на удовлетворении своих желаний и поинтересовался, не имею ли я планов на этот день, все было бы иначе. Так, что счастливо оставаться!

Эрни махнул на прощанье рукой и продолжил путь.

– Эрни, постой, так нельзя. Ты же не оставишь меня здесь одного?

– Ничего не слышу!.. – выкрикнул Эрни, улыбнувшись себе.

«Ничего пусть помучается…»

Далее он покинул территорию Музея. Его путь лежал к ближайшему супермаркету. Эрни неторопливо обошел все отделы и задержался у овощей и фруктов.

– Арбузы! То, что нужно!

– Вам помочь? – обратилась с вопросом девушка – консультант.

– Да, мне нужен самый вкусный арбуз.

Девушка охотно помогла ему определиться с выбором.

– Попробовать можно?

– Конечно! Одну минутку…

Возвращался Эрни в веселом расположении духа. Радовало предчувствие удачно организованного розыгрыша, который приближался к своей кульминации.

Входить решил через черный вход, чтобы раньше времени не раскрывать свои планы. Он вновь надел одежду палача, затем задержался на кухне, разыскивая нож, вилку и тарелку. По пути взглянул на часы.